Призма Сердца

И даже не думай о том, чтобы выйти, я хочу, чтобы ты уяснила, кто эти животные! С этими словами комманданте сорвал с лежащей под ней девушки одежду, та была даже не в состоянии сопротивляться. Гелла же превратилась в живую статую, осознавая, что происходит, и не могла сопоставить все это с реальностью.

– Это, – капитан ткнул туземку стволом в обнажённую грудь, – животные, даже нет, вещи, которые поджигают наши дома, – он самодовольно улыбнулся. – Поэтому мы должны показать, что делать этого не нужно. Комманданте приподнялся, спустил с себя штаны и разорвал ножом, который взял в другую руку, нижнюю часть туалета женщины.

Затем, не спуская глаз с Геллы, стал массировать свой член, который спустя полминуты напрягся, а затем со всей силы вогнал его в лежащую под ним женщину. Та вскрикнула, но по–прежнему не могла ничего сделать.

– Вот что бывает с теми, кто считает, что может тявкать на империю, – выпучив глаза, сплюнул военный и стал насиловать туземку. Гелла, сидя в этом пространстве, чувствовала, что насилию подвергается и она сама.

Она могла практически физически ощутить агрессию, которая сейчас проникала в девушку в виде фаллоса пьяного солдата. Через пару минут, которые превратились в свинцовую вечность, капитан, хрюкнув, кончил и медленно поднялся.

– Надеюсь, ты все уяснила, – тяжело дыша, обратился он к Гелле. Та не в силах была совладать со страхом и даже не могла поднять лицо, чтобы взглянуть на него.

– Видимо, не уяснила, – с этими словами он вскинул револьвер и выстрелил пять раз.

Гелла вскрикнула и оцепенела ещё больше, увидев, как две пули не попали в цель, а три обезобразили лицо женщины и вспороли живот.

– Так нагляднее, – улыбнулся комманданте, – ты не должна испытывать жалость к этому отребью. Хотя я всё же вижу, что ты ещё не до конца поняла, что я покажу тебе нечто, после чего ты потеряешь всякое уважение к этому стаду!

28. – Да бросьте! – улыбнулся Харт, сделав ещё один глоток, – этого просто не может быть.

– Может, я видела это собственными глазами.

Император сделал задумчивое лицо: «То есть, вы хотите сказать, что гордость Империи, наши бойцы, идут на такую низость? Прошу меня извинить, но это попахивает гнусной ложью и пропагандой врага!».

– Это истинная правда. И Враг тут не при чем. Внутри нашей Империи взрастает невиданное зло.

– Гелла, ты ещё молода. Я думаю, что раскидываться такими словами и называть подобным образом нашу доблестную армию злом – это чересчур.