Будущее

– Я так понял, твоя чуйка действует только на тебя, – я попробовал осторожно выяснить подробности, но Шуша взорвался:

– Да лажа это все. Я бы и без этой мутотени прекрасно прожил. От нее только один вред.

Я открыл рот собираясь возразить, но он мне не дали этого сделать.

– Ты лучше скажи, что делать нам дальше? Ты же, Стилет, типа умный, вот и говори. Здесь долго оставаться нельзя, засекут и схватят за ласты.

Верно, засиживаться здесь не вариант. Поймают. Вон, как по дороге патрули территориалов шныряют.

Но не зря ведь он завел этот разговор.

– У тебя есть идеи?

Шуша уверенно тряхнул головой.

– Есть. К Дрозду надо. Он поможет.

Я скептически скривил губы.

– Сдаст.

Шуша ощерился.

– Не сдаст. Я ему однажды шкуру спас, он мне должен.

Дроздом звали одного мужика, владеющего небольшой лавкой в предместье города. Приторговывал всякой мелочевкой. Иногда подкидывал работенку, иногда наводил на жирных каплунов, заряженных баблом, иногда указывал какие дома за городом вскрыть легче всего, пока их хозяева в отъезде.

Ну и так далее. За все, разумеется, имел свою долю.

Еще был Мордатый, кому банда Ржавого толкала украденное, здоровый жирдяй с тройным подбородком и сальными волосами. Но тот чистый барыга, продаст не задумываясь.

– Слушай, давай рассуждать логически. Какая у нас сейчас первоочередная задача? – я вопросительно уставился на Шушу.

Он молчал. Верный главарю громила никогда не отличался особой сообразительностью.

– Выживание. Главное для нас сейчас выживание.

Ты вот хочешь в Распределитель? А туда куда потом забирают всех «странных»? Лично я нет.

– Ну, и к чему это ты? – Шуша перестал есть.

Я вздохнул, досчитал про себя до пяти и терпеливо продолжил:

– А к тому, что с Дроздом нам не выжить. Сдаст нас лавочник, как только узнает о возможности заработать. И ухом не поведет.

Все-таки иногда Шуша отличался редкой тормознутостью, он еще несколько секунд молчал, переваривая сказанное. Так и хотелось дать подзатыльник, стимулируя мыслительные процессы.

Только потом я понял, что это вовсе не недостаток ума, а обычная привычка обстоятельно все обдумать.

Качок покачал головой.

– Ты не понял. Дрозд мне жизнью обязан.

Я медленно выдохнул сквозь зубы. Ну какой же упертый гад. Хотя надо признать, говорил он убедительно, сразу видно – сам верил в свои слова.

– Мурку поймали, она, наверное, его сама уже сдала, – привел я последний аргумент.

– Ну и что? На Дрозда у них ничего нет.