Скрытый остров. Книга 1. Уходили мы из Крыма…

Прежде чем зайти в палатку, Михась поднял глаза к небу и негромко, чуть кивнув головой, произнёс: «Спасибо, Господи! Я знал, что ты нас видишь!..»

Глава 3. Один на бронепоезде

Борис и Анастасия не виделись две недели: непривычно, пугающе много. На войне вышел за порог до вечера – уже разлука, а тут половина месяца!..

Анастасия работала в санитарном поезде. Борис радовался за неё: подальше от линии фронта, комфортабельные вагоны. На двух врачей или сестёр – одно купе. Для раненых – теплушки с нарами, есть вагон-операционная, вагон-аптека, кухня, столовая и прочее, прочее…

Борис был офицером связи штаба.

Должность так себе. В поисках постоянно перемещающихся войск офицеры связи изматывались, часто оказывались среди противника, служили недолго.

К тому же местное население, зверея от бед, не жаловало одиноких путников. Бывало, заходит офицер в избу воды испить, а там вилы в бок: понравилась крестьянину шашка, давно хотел в хозяйстве такую. Да и сапоги ладные.

Борис двигался мимо расплывчато-блёклых людей и предметов, огибая мрачно-серые постройки.

Ни чувств, ни мыслей, одна досада на бесконечную дорогу… Дурной хмельной сон. Мучительно хотелось спать. Верх блаженства – сесть, прислониться к чему-нибудь, закрыть глаза… Только надо сначала доставить пакет командиру бронепоезда. Счастье отдыха – это потом. Всё хорошее обычно потом. В другом месте, в другой стране и не с тобой.

Поезд. Бронированные башенки, торчат в стороны стволы орудий, пулемётов… Нашёл!

Спросил, где командир, полковник Завадский, – показали.

Подошёл, представился, передал пакет.

Появление чрезвычайно секретного пакета Завадский встретил с полным равнодушием.

– Гонец прибыл, – без эмоций сказал он стоящему рядом адъютанту. – Вроде как нормальный. Не как прошлая сволочь.

– Почему сволочь? – спросил Борис.

– Пьян был в стельку.

– Как же он дошёл?

– Дошёл? Доскакал! От перегара конь под ним шатался…

Завадский распечатал пакет.

Бегло пробежал глазами по содержимому бумаг, передал их адъютанту.

– Поверишь, Василий, – сказал он, – начальство награждает нас своим неудовольствием. Какая крупная, трагическая неприятность.

Затем повернулся к Борису:

– Вы уж извините за зря потраченные силы. Замечательно, что наши полководцы умеют прерывать глубокомысленное молчание. Но их приказы безнадёжно опаздывают. Не хотят они знать, что действительно происходит на передовой.