Рожденный в космосе. Книга первая. Осознание

Вот точь-в-точь! Мда-а-а, дедуля, переиграл ты в игры на старости лет…

Девушка была одета в обтягивающий комбинезон, подчеркивающий стройность фигуры и показывающий, что она практически идентична человеческим женщинам. Образ завершали изящные черные сапоги с утолщенной подошвой – совсем не женские. На гуманоидах в качесте одежды были широкие металлические пояса, «бронештаны» из какого-то металла, прикрывающие бедра, голень и колени сзади. Также на них было что-то вроде майки и кофты (напоминающей куртку от кимоно) с капюшоном и полами аж до середины бедра.

Причем всё выдержано в черно-красных тонах. Оба держали по жезлу. Девушка обратилась ко мне на каком-то странном наречии, не похожем ни на какой язык Земли.

– И вам здрасьте… Я не понимаю вашего языка, – хмыкнул я, ответив, естественно, на русском.

Девушка оглянулась на гуманоидов, но те ответили полными непонимания взглядами.

Гуманоид, стоящий слева, произнес какую-то фразу, словно бы горлом, а не языком. Во всяком случае, я не различил ни одной согласной буквы, только гласные.

Я отрицательно покачал головой и пожал плечами. Девушка неожиданно улыбнулась и, положив ладонь на грудь, произнесла, делая ударение на первый слог:

– Та?мика… Та?мика… Та?-ми-ка.

Я кивнул в знак понимания и повторил её имя, после чего положил руку себе на грудь и… и завис. Я осознал, что не помню своего имени! Напрочь… Словно Я-старый исчез где-то далеко… или остался «Там», а «Тут»… Тут меня нет… Но ведь я есть! Что происходит?.. Я взглянул на девушку, отрицательно покачал головой.

На душе было обидно. Более того, почему-то пришло осознание, что я толком-то и жизни своей не помню. Всё что помню – мне было пятьдесят четыре. Просто как факт из учебника по истории. Ни жизни, ни памяти. Кем я хоть был?..

Я не помнил своего имени. Казалось бы, мелочь, но почему-то возникла болезненная утрата чего-то важного… Девушка подошла ко мне и заглянула в глаза. У нее была очень красивая голубая радужка с ярко-зелеными прожилками. Зрачок был круглым, самым обычным – почему-то я обратил на это внимание.

Улыбнувшись, она потрепала меня по плечу и, взяв за руку, куда-то потащила. Я послушно поплелся следом, отложив проблему потери имени и частички себя на будущее. Тем более посмотреть было на что!

Мы вышли в коридор, поблескивающий серой сталью. Справа и слева расположились бронированные белоснежные двери, ведущие, как мне показалось, в похожие комнатушки. Точнее сказать было нельзя, хотя любопытство и гложило.