Самурай из Киото

Шесть ужасные водяных драконов с всадниками на спинах охраняли Удзи-но-Оса, а позади него из глубин колонна за колонной выстраивались в боевые порядки каппы, их оруженосцы, черные морские змеи, черепахи с шиповыми панцирями, рыбы с огромными зубастыми пастями, диковинные существа, которых никто никогда не видел, киты, боевые дельфины, нарудоны, самэ – акулы, осьминоги и прочая живность. Все, все лезли на берег.

Небо потемнело. Засверкали молнии, и задул ураганный ветер.

Крик ужаса пронесся по земле. Волны ударили в берег, и Натабура с Язаки пустились в бегство.

Но было слишком поздно. Морские твари хватали всех подряд и утаскивали под воду.

Вода хлынула на берег. Вначале она доходила Натабуре до груди и мешала двигаться. Потом, когда они очутились на взгорке, на них напали два каппы, вооруженные копьями в виде лилий. Одного из них Натабура зарубил, а второй нырнул, взывая о помощи, и схватил Язаки за ноги. Со всех сторон к ним ринулись морские твари. Вода вскипела от их движений. И когда Натабура с Язаки решили, что погибли, Натабура вспомнил о знаке Удзи-но-Оса и высоко поднял его над головой.

Морские твари и каппы опешили, а Натабура с Язаки в три прыжка очутились на твердой земле и бросились бежать в сторону гор.

Глава 2

Племя ёми

Древний лес был глух, темен и беспроглядно мрачен. Казалось, в чащобе кто-то таится. Под лапником лежал снег, а на под ногами чавкала грязь. Сверху, цепляясь за горы, неслись тучи, а узкая лощина, по дну которой бежал ручей, не спасала от холодного ветра, который налетал порывами, раскачивая верхушки деревьев.

Едва заметная тропинка меж замшелых камней с каждым шагом становилась все нахоженнее и нахоженнее, а высоченные и толстенные ели и сосны, которые, казалось, царапали небо, нехотя расступались, выставляя напоказ свои огромные корни.

– Не будет нам дороги… – как всегда, Язаки гундел на все лады, не замечая никого и ничего вокруг, – не будет… пропадем мы… пропадем… есть хочу…

Да помолчи, ты! Да тише! – хотелось возразить в ответ.

Кими мо, ками дзо! Язаки едва плелся, неся за плечами колчан с луком. Плелся и оглядывался. «И чего ты оглядываешься? – раздражаясь, думал Натабура. – Если бы здесь кто-то был, давно бы нас спеленали, поскольку топаем, что твои слоны. А засаду хорошо бы устроить на бугре со смятой травой, – Натабура по привычке оценивал местность. – Тогда бы нам некуда было деться, кроме как бежать вдоль тропинки, а в спины нам будут посылать стрелу за стрелой».