Аццкий Хай

Этот камень она случайно добыла по пути через какую-то нубскую локацию в процессе выслеживания очередной жертвы. Вот он. Тянет и манит. Запал в душу – спасу нет. А информации о квесте – ноль без палочки. Что же с ним делать? Ведь явно непростая вещица, вон даже классифицируется как квестовая. Кристина Альбертовна в течение последнего месяца вспоминала об этом камне раз триста. Во снах он представлялся ей могущественным артефактом или, чем черт не шутит, ключом к легендарке.

Риммон, Риммон, Риммон…

Она уже больше получаса катала камушек в руках, и думала о своем, о женском.

Как бы побыстрее слить акции «Сонты-Газ-Потока», которые перестают расти и скоро начнут падать… Как наказать слегка вороватого бухгалтера, но так, чтобы сохранить умного и полезного сотрудника? И, в конце концов, куда засунуть этот чертов камень???

Она нежно поглаживала ребристую поверхность, даже не замечая, что камень становится все горячей… Она шептала странное, красивое, создающее непонятную вибрацию в ее теле имя, Риммон, Риммон, Риммон…

Камень внезапно раскалился, покраснел, мгновенно побелел, но отбросить его Кристина Альбертовна не успела.

Он растворился в ее ладони, рука обагрилась пламенем и пошла трещинками… Через пару мгновений светящиеся трещины и багровое пламя достигло лица… Послышались далекие стоны страданий, крики боли, звон цепей… Тело бадб горело, его терзала страшная боль, а сознание Ульфаевой распадалось на мелкие кусочки и умирало…

Вскоре оно совсем перестало быть. Пустое и пригодное для заселения тело бадб раскинулось на холодном каменном полу мрачной пещеры.

Открыло глаза. Осмотрелось. И заорало.

…

За несколько секунд или за пару миллионов лет до этого…

Да, очень трудно синхронизировать земное, грязевое и адское время. А еще труднее сопоставить эти значения с субъективными ощущениями. Особенно если это ощущения демона. Тем более демона, привыкшего быть чувственным суккубом и еще не до конца утратившим эту привычку.

Иззабибель, делая вид, что внимательно вчитывается в текст свежеотпечатанного приказа, вспоминала Риммона.

Риммон, Риммон, Риммон…

Это имя вызывало какой-то странный резонанс и не отпускало. Она была последним демоном, которого он видел в Аду, и между ними тогда будто проскочила искра.

В тот момент, когда Риммона втолкнули во Врата Души, она чуть было не бросилась за ним. Что-то привлекало его в этом демоне… Что? Она не могла себе ответить на этот вопрос. Но думала о Риммоне постоянно.