Он

Недавно я видел Вельзевула. Так он меня даже не заметил, – не смог удержаться от хвастовства бывший демон.

– Ты видел Низложенного? Где?

– В Лимбе. В баре «Скорость Тьмы», – не стал скрывать Риммон. Если Абаддон заберет бывшего Риммонова шефа, будет круто. А если одолеет Князь Ада… вернее, как теперь выяснилось, БЫВШИЙ Князь Ада, то и ладно. Абаддон Риммону никогда не нравился. Заносчивая скотина. Но этот разговор уже дал некоторую пользу. Теперь Риммон мог быть почти полностью уверен, что Вельзевула уволили.

Если, конечно, Тюхе и Абаддон не заодно и не сговорились, чтобы запутать Риммона. И если это существо, что сейчас едва шевелиться на ледяном полу морга – Ангел Бездны. И если…

Он одернул себя. Какая разница? Скоро появится зеркало-пророк, у него и уточнит.

– Хорошшшшо… – протянула чернокожая старуха. – Я наведаюсь туда. Но сначала закончим беседу. Есть третья причина. Ты посмел в великой наглости своей идти путем ЕГО. Ты создал человеков по образу и подобию ЕГО, который самовольно присвоил…

– Стоп, стоп, стоп! Это тебе ОН сказал?

– Нет, но это неважно.

Я выяснил этот факт сам, лично. Ты…

– Тогда вопрос закрыт. Раз ОН САМ не возражает, на тебя лично мне вообще плевать. Так же, как и на Ад.

– Как так?

– Вот так. Тьфу.

Риммон попытался сплюнуть, но слюноотделение у мертвого наркомана не функционировало.

– То есть ты решил препятствовать сбору душ?

– Сам справлюсь.

– И что ты с ними делать собираешься?

– А вот это тебя не касается.

– Но…

В этот момент раздался стук, скрип, и дверь морга распахнулась.

В светлом проеме показался силуэт человека. Это был санитар, который должен был забрать одно из тел для передачи бальзамировщикам. Санитар был старым заядлым алкоголиком, видел в темноте плохо. А соображал еще хуже. Не в темноте, а вообще.

И Абаддон, и Риммон уставились на вошедшего.

Что-то пробормотав, санитар нашарил на внешней стороне холодильника выключатель и врубил освещение. Резкий голубой неоновый свет залил комнатку.

Человек, не глядя по сторонам, втолкнул внутрь длинный жестяной стол со скрипучими передними колесиками и только тут обратил внимание на непорядок. На его памяти подобный разгром в запертом снаружи морге случался всего два раза. После первого он долго лечился в психушке, а после второго стал хроническим алкоголиком.

– Привет, – сказал Риммон и ободряюще улыбнулся.

– Трепещи, смертный, – внес свою лепту в беседу Абаддон.

Санитар мигнул. Сглотнул.