Ревность девятого солнца

Разве не все содержимое хранилищ великого мастера было разобрано по музеям и коллекциям давным-давно?

– Так и есть. Но повторюсь, счастливый случай всегда сопровождал Лину. Мою милую Лину, – Гарванна была уверена, не будь вокруг столько людей, Тедеус бы позволил себе заплакать. Как же сильно он любил свою супругу. – Вы рисуете, не так ли? Хотя… не отвечайте, это очевидно. Вы явно пришли не за тем, чтобы купить что-то из этих картин, а просто чтобы увидеть и почувствовать их.

– Эти сокровища, правда, живые.

Вы тоже чувствуете это? – Гарванна была немного растеряна и смущена.

– Да, и мы с Линой не просто их собирали, а спасали из богом забытых мест. И мне бы не хотелось, чтобы теперь это все затерялось. Все наши гости не из тех, кто хочет спрятать в личном сейфе что-то из этих работ. Нам бы хотелось, чтобы весь мир видел то, что казалось безвозвратно утерянным.

– Когда мастер творит красоту, он не просто вкладывает душу, он делится всем, что есть у него внутри, чтобы привнести в мир частицу своего света.

Мне бы тоже хотелось, чтобы люди видели и чувствовали это. Талант называют божественной искрой не просто так. Чем больше искр, тем больше света в этом мире.

– Забавно… Лина тоже это говорила, – он задумчиво улыбнулся.

Тедеус потянулся к пуфику и поднял сверток с кистями. Внимательно посмотрев на них и бережно погладив по кожаному свертку, он осторожно протянул их Гарванне.

– Думаю, вы знаете, как этим пользоваться.

Привнесите немного света.

Гарванна стояла явно растерянная. Мелкая дрожь сотрясала все ее тело, а по щекам разливался румянец.

– Не говорите ничего. Я вижу это в Ваших глазах. Мне они ни к чему, а вы сможете создать такую работу, которая зажжет огонь ни в одном миллионе сердец. Берите, – настойчиво подтолкнул сверток девушке в руки. – И еще кое-что. Погодите минутку.

Тедеус вложил в непослушные руки Гарванны сверток с кистями и направился в центр зала, вернувшись с небольшой вазой в руках.

Казалось, будто это сердце какого-то неведомого существа – тонкий розовый фарфор скорее напоминал полупрозрачный рубин, а по кайме распускались точно живые пионы, небольшая крышечка была увенчана красным дракончиком, мирно дремавшим, но незримо оберегавшим то, что скрывалось внутри.

– Наша история началась с этой вот вещицы. Точно не знаю, откуда она и имеет ли она какую-то особенную ценность.