Тысячу раз умереть

Многим может показаться, что это отвратительно, словно я влезаю в чью-то личную жизнь, как назойливый папарацци влезает в дом скандальной голливудской звезды, чтобы узнать, с кем она спит. Но у меня есть оправдание. Я никому и ничего не рассказываю. Даже если бы хотел, я бы не смог ничего рассказать. Меня бы сразу приняли за психа и отправили в сумасшедший дом. А я туда не хочу. Там много странных людей и они сильно шумят. А я не люблю шум. В морге намного лучше. Здесь тихо, а мертвые, пусть и без согласия, рассказывают мне свои истории.

К тому же, я будущий психотерапевт. Заглядывать в головы это моя профессия. Пусть и не совсем традиционным способом.

Глава 2

1 января 2018 года началось как обычно, в том смысле, что лично для меня этот день ничем не отличается от остальных трехсот шестидесяти четырех, а иногда трехсот шестидесяти пяти. Я не придаю значения праздникам. Они выдуманы людьми и в них нет ничего интересного. Напиваться и есть салаты до тех пор, пока тебя не затошнит? Нет уж спасибо.

Я лучше почитаю книгу или узнаю очередную историю.

Новый год я встретил в компании мертвецов. Мои сменщики, в отличие от моего отца, были очень рады, когда я согласился дежурить в новогоднюю ночь. Папа звал меня съездить с ними за город, но я отказался. Мои сводные братья, которых я за эти полтора года очень полюбил, обожали Новый Год. Я не хотел им мешать наслаждаться праздником своим недовольным брюзжанием

Последний покойник в 2017 году поступил без пятнадцати минут полночь.

Это был мужчина сорока двух лет. Доставившие его санитары были очень недовольны, что их оторвали от празднования.

– Что с ним случилось?

– Утонул, – ответил один из них.

– Утонул? В декабре?

– Напился с друзьями и полез купаться в прорубь. Предварительное заключение – остановка сердца. Выловили только через час.

Я принял у них каталку с утопленником и повез ее в холодильник. Убедившись, что остался один, я снял с трупа покрывало, коснулся его руки, но тут же ее отдернул.

Увиденное мне не понравилось. Ледяная вода, проникающая в легкие – довольно мерзкое ощущение. Накрыв утопленника простыней, закрыл дверь холодильника. Причину смерти я уже знал. Никакого сердечного приступа. Мужчина утонул. Ноги свело судорогой. В ледяной воде это неудивительно. Естественно, говорить об этом я никому не собирался. И сообщать его жене и двум дочерям, что в последние секунды своей жизни он думал о них, тоже в мои планы не входило.