Тысячу раз умереть

Обычно это были жуки или дождевые черви. Мне очень нравилось смотреть, как мои подданные облепляют, естественно по моему приказу, дождевого червяка, и он извивается в предсмертных конвульсиях, пытаясь сбросить с себя десятки убивающих его муравьев.

Иногда мне удавалось поймать кузнечика, но я очень быстро понял, что они со своими длинными ногами легко ускользают от моих подданных. Поэтому я стал отрывать им ноги. Теперь они были беспомощны, и я со своей царской высоты наблюдал, как бедного кузнечика утаскивают туда же, где несколько минут назад скрылись его конечности.

В какой-то момент этой игры, мне пришла в голову гениальная идея. Я ведь был очень добрым царем и исправно снабжал своих подданных пищей, поэтому решил, что мои маленькие слуги должны сделать кое-что и для меня. В квартире под нами жила отвратительная бабка. Все ее звали баба Яга, а моя мама называла ее тетя Клава. Она ходила с длинным костылем, от нее все время воняло лекарствами, а из зубов остался только один верхний резец. Каждый раз, когда она встречала нас с матерью, то щупала меня и приговаривала какой я хорошенький.

Мне казалось, что она хочет меня съесть. Недаром же придумали все эти сказки про избушку на курьих ножках. А поскольку у меня теперь были свои собственные муравьи, они должны были спасти их царя.

Мне это виделось так: я опускаю руку в муравейник, мои маленькие слуги забираются по руке ко мне на плечи и прячутся под футболкой, чтобы их не заметила моя мама. А уже дома я бы выпустил их в туалете, они по вентиляции проникли в дом к бабе Яге и там уже ей рассказали, что их царя есть не стоит, и вообще не такой уж он и хорошенький.

Для пятилетнего мальчика это был идеальный план. Для муравьев, тысячелетиями подчиняющихся инстинкту охранять собственный дом, в нем был один маленький недостаток: я для них был всего лишь угрозой. Особенно в тот момент, когда опустил свою руку в муравейник. Наверное, за всю историю человечества такую боль и обиду от предательства собственного народа испытывали лишь несколько царей и пара императоров.

Теперь к этой когорте избранных присоединился и я.

Первым моим желанием после такого коварного предательства было растоптать этот муравейник ногами. Однако, рука еще помнила укусы, а мои маленькие пятилетние ноги повторять ее опыт не хотели. Тогда, как и любому умному царю, к которым я себя причислял, мне пришла в голову гениальная идея. Лучшим способом отомстить предавшим меня муравьям будет забрать у них щедро подаренную мной пищу.