Прошлое и будущее

– Хорошо, но только до тех пор, пока не выздоровеет тетка Вилена. Хотя у меня вряд ли получится так же хорошо, как у нее.

– Уверен в обратном, – заверил ее Глеб. – Я вам заплачу столько же, сколько и тетке Вилене.

– Ни в коем случае! – вспыхнула Надежда.

Детектив не стал возражать. Он поспешно уехал в город, не забыв заскочить к тетке Вилене и попросить ее пока воздержаться от посещения коттеджа.

В своей конторе Глеб бегло пролистал текущие дела и предупредил миловидную секретаршу Галочку о том, что на некоторое время исчезнет.

– Какая прелесть! – ахнула Надежда при виде шикарного вечернего платья.

– Оно ваше, прошу примерить, – галантно произнес детектив.

– Нет, я не могу его принять. Оно стоит целое состояние. Да и некуда мне в нем ходить.

Глеб показал девушке билеты.

– Вы любите органную музыку? В программе только Бах и Вивальди. Играет сам Ван Гудерн. По счастливой случайности он сегодня дает концерт в филармонии.

И чтобы окончательно развеять все сомнения своей новой домохозяйки, мило слукавил:

– А о цене не беспокойтесь: платье я взял напрокат.

Неделя пролетела как в сказке. Детектив напрочь забыл о работе, а Надежду перестали мучить кошмары недавнего прошлого, и как-то она рассказала о своих злоключениях в столице.

В поисках квартиры она познакомилась с Валерой, студентом какого-то института с весьма мудреным названием. Тот пообещал найти «чудную фазенду» и привел в обшарпанный частный домик на краю города.

По наивности она не придала значения обилию в доме пьяных мужчин и размалеванных девиц. Все стало ясно, когда ее отправили в ванну, а всю одежду попросту унесли, чтобы не удрала. Предложили стать «жрицей любви». Держали в ванне, пока не согласилась.

Первый же клиент оказался настолько накаченным, что тут же захрапел, как только упал на кровать. Надежда выскользнула в коридор, схватила с вешалки первый попавшийся плащ, сунула ноги в чьи-то туфли и выбежала на улицу.

Выслушав рассказ девушки, Глеб открыл бутылку шампанского, а когда на небе зажглась первая звезда, предложил Надежде руку и сердце. Она ничего не ответила. В наступившем полумраке, освещаемом лишь слабыми отблесками пламени камина, девушка почти неощутимо прикоснулась к руке Глеба. А затем губы их слились в первом жарком поцелуе.