Авиатор: назад в СССР 3

По строю пробежала волна смеха, да и сам Граблин заулыбался.

– Ваша главная задача – этот страх побороть. Все через это проходят. И все его побеждают. На счету страха нет ни одной победы.

После построения Граблин снова отвёл в сторону Бардина. Как и после футбола, я заметил, что расстались они на хорошей ноте. Уже в классе Костян нам рассказал, что завтра полетит тренировочный с ним, и Граблин обещал ему рассказать, о своём ордене Красного Знамени. Вот продолжает меня удивлять этот офицер!

– Мужики! Список есть, кто с кем летит на экзамене, – влетел в кабинет Макс.

Если честно, с кем лететь – мне было уже всё равно. Однако не лететь совсем – вот это была новость!

– Меня вообще нет в этом списке, – удивился я. – Это же на всех приказ?

– Здесь все. Ну, кроме Тёмыча. Все двадцать семь… а нет. Здесь двадцать шесть человек. Тебя и, правда, нет.

Глава 4

Непонятная ситуация, сложившаяся с этим списком, меня не то чтобы нервировала… Она меня взбесила! У меня может хоть когда-нибудь пройти всё гладко? Вечно через заднее отверстие.

– Серый, может, мне не тот список дали? Пойду узнаю у Новикова, – сказал Макс, собираясь уже выходить из кабинета.

– Да, ладно, – отмахнулся я. – Щас какой-нибудь Швабрин придёт, запыхавшийся со словами «Родин, срочнааа! Ещё вчера надо было тебя отчислить».

Только я закончил притворяться старлеем, как он заглянул в кабинет. И был действительно запыхавшийся.

– Родин, срочнааа, – тяжело дышал Иван Фёдорович. – Живее?

– Наверное, ещё вчера надо было? – спросил ошарашенный Макс.

– Курков, у Ванги учился предсказаниям? Конечно, ещё вчера!

Похоже, это я у меня родственные связи были с этой провидицей. Сам от себя порой в шоке.

– Иван Фёдорович…

– Потом, Родин. Там… – перебил он меня, когда мы шли быстрым шагом на первый этаж штаба.

– Небось приехал большой тип с какой-то проверкой, хочет проверить курсантов, и вы теперь меня ему на съедение отдадите?

– Ты че? Всё знал и не пришёл сегодня к кабинету командира полка? – остановился Швабрин, тыкая в меня пальцем.

– Нет. Просто у меня постоянно под конец лётной практики какой-то трындец случается.

– Тогда ладно.

– И почему меня нет в списке с проверяющими? Не допускаете к экзамену, пока с этим дядей не слетаю?

– Родин, осядь. Это ж непростой дядя, – сказал Швабрин, поднимая указательный палец вверх.