Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

Когда они, наконец, дошли до места, Баз был уже на взводе.

Мундир, я вас спрашиваю!

Съёмки – это называлось так – шли в ДК имени Зуева. Кресла в партере демонтировали, а каждый свободный сантиметр забили сложным оборудованием. Одних только жаб крупного плана было аж четыре штуки, и это не считая широкоугольных улиток и саранчи. Оставшиеся два передних ряда занимал технический персонал. Который постоянно гоношился, орал, чего-то требовал. Арлекину иногда казалось, что актёры тут всем только мешают.

Режиссёр вдохновенно взмахнул белым платочком. В ухе Арлекина щекотно зашевелился червячок-суфлёр.

– После того, что произошло сегодня, – начал Арлекин, стараясь вообразить Рыбоню голеньким, чтобы добавить на лицо эротизма, – произошедшее полностью меня изменило… Ты поняла, что я сделал, Рыбоня? Я отказался от пяти тысяч соверенов за тебя. За пятьдесят соверенов можно купить самку на любой вкус. Я отказался от пяти тысяч! Надеюсь, этот жест поможет тебе понять то, что я сам только что понял…

"Какая же это ёбаная хуйня” – думал тем временем Арлекин.

Сейчас за пять тысяч можно было купить эргастул со всем его содержимым, и все это отлично знали. Однако режиссёр настоял именно на этой цифре. “Самкам нравится, когда за них много денег дают” – объяснил он.

На самом деле Арле мог говорить что угодно, хоть просто “бла-бла-бла”. От него требовалось только шлёпать губами и смотреть на Рыбоню как на материальную ценность. Звук монтировали отдельно, в концертном зале на втором этаже.

Он туда разок зашёл. И узнал, что его самого озвучивает какой-то боярышник. Правда, у боярышника был красивый баритон. Но всё равно было в этом что-то извращённое.

– Скобейда! Жабу разверни, упыряка криворукий! – раздалось из партера.

– Та пийшов ты в ятло! – проорали в ответ. – Свит хто ставити буде? Тарас Шывченка?

– Я отношусь к вам с глубочайшим уважением, – тем временем тянула своё Рыбоня, – но я не вольна распоряжаться своим сердцем, а моё сердце уже занято другим чувством…

И тут режиссёр внезапно вскочил и мощным ударом хвоста разбил под собой стул.

– Скобейда!!! – заорал он, хватаясь за голову. – Дочь твою Мать через три пизды в зелёный сарафанчик!

– Э? – не понял Арлекин.

Крокодил сел на пол и тяжело задышал.

– Так, – сказал он, немного придя в себя. – Арлекин, ты кого играешь?

– Полковника Аморалеса, – сказал педрилка.

– Вот именно. Полковника.