Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

А если ты полковник… – крокодил разинул пасть и заорал, – где твой мундир?! Мундир, я вас спрашиваю?!!

– Так вы же мне не дали, – не понял Арлекин.

– А сам не видишь, что ли? Ты в какой-то хипстерской курточке разгуливаешь как поц! Какой ты в этой курточке генерал?!

– Моё дело роль читать! – обозлился пидрилка. – А режиссёрское ви?дение – это не моя компетенция!

– Ах ты ж ёбаный ты нахуй, – простонал крокодил. – И какой чёрт занёс меня на эту галеру!

– Чо-чо? – Арлекин посмотрел на режиссёра с недоумением…

– Какого хуя я во всё это впрягся? – перевёл крокодил свою жалобу на общедоступный язык.

Рыбоня без ауры

У крокодила и в самом деле имелся повод для недовольства. Прежде всего – собой. Ибо он и в самом деле впрягся в дело почти безнадёжное.

Двадцать четвёртого января, с утречка, он вышел на улицу, чтобы купить утреннюю газету. Тут его арестовали и привезли в полицию. Где, вместо пиздюлей, его внезапно угостили кофе с ликёром. И спросили, за какое время он может поставить пьесу.

Точнее, десять пьес минут на сорок каждая, связанных общим сюжетом. С заделом на продолжение.

Крокодил вздохнул и сообщил, что, согласно минкультовского приказа номер 602 “Об утверждении типовых отраслевых норм труда на работы, выполняемые в организациях исполнительских искусств”, на подготовку к премьере выделяется пятнадцать читок-репетиций. Хотя, конечно, репетиций нужно не меньше двадцати, чтобы труппа сработалась и дала приемлемый результат. Ему же, ввиду новизны и сложности задачи, понадобится репетиций тридцать, что при разумной загрузке артистов означает – три месяца.

Это, конечно, если нужна ремесленная поделка. Если же говорить о высоком искусстве…

Но ему не дали поговорить о высоком искусстве. Сначала сидящий напротив него огромный пёс гавкнул так, что свет погас. Крокодил, по собственному своему признанию, не обосрался только потому, что нечем было: он сидел на лечебной диете.

Когда свет всё-таки включился, слово взял мелкий, но чрезвычайно самоуверенный кролик.

Он сообщил, что вопрос о сроках давно решён. Ни о каких трёх месяцах не может быть и речи. О месяце тоже. Продукт нужен вчера, в крайнем случае сегодня. В самом-самом крайнем случае у труппы есть пять дней на всё про всё, начиная со сценарной работы и кончай репетициями, после чего начинаются съёмки. Если же кто-то не может работать в таком темпе, этот кто-то идёт в жопу. А заказчики пойдут в “Современник” или в ТЮЗ, где и наймут нормального постановщика.