Таронн: безумец

Не хочу сидеть дома и реветь у открытого окна. Постоянно выбегать на пыльную дорогу, и всматриваться вдаль, пытаясь разглядеть в приближающемся путнике своего милого. А если он изберёт карьеру военного? При его стремлении и огромной энергии, он может стать великим воином. Потом он станет капитаном, а впоследствии генералом и будет появляться дома два – три раза в год, как его отец, а я буду сидеть дома одна и воспитывать наших детей, а по ночам реветь лёжа в холодной постели. Я не хочу быть похожей на других. Я не ищу богатства.

Я только хочу быть рядом со своим любимым, но кто меня возьмет, разве женщин берут на войну. Представляю, не выносимую тяжесть меча. Я стану посмешищем на весь Тэгоман и позором для Марвила, и буду ему только обузой. Что же мне делать? Как мне быть?”

Эти мысли пронеслись в голове Тэррин за краткий миг. Всё это время она сидела в одном положении – лицом к огню, а потом повернула голову с обсохшим лицом и взглянула на Марвила. Он всё также лежал на боку и пристально рассматривал её, пытаясь увидеть в её лице что-то новое.

– Ты так на меня смотришь, – смущаясь, сказала Тэррин.

– Ты очень красива, я не замечал этого раньше, – тихо произнёс Марвил и улыбнулся.

Она впервые покраснела от услышанных комплементов в свой адрес.

– Что с твоим лицом? Ты покраснела? – Марвил вздохнул, откинул одеяло и встал с кровати. Он подошёл к ней и присел у её ног. – Прости меня, я не хотел тебя обидеть.

– Не надо извиняться. Ты не виноват – это огонь. От жаркого пламени моё лицо раскраснелось, – солгала она, а потом взяла несколько поленьев и положила в затухающее пламя.

Марвил взглянул в её глаза и увидел в них большое любящее сердце. Он ни разу не находился так близко возле её лица, как сейчас. Впервые он смотрел на неё серьезно, пытаясь запечатлеть её нежный образ в своём сердцё на всю жизнь. Марвил изучал дугообразные брови, правильный овал лица и алые губы.

– Что с тобой Марвил? Как будто ты видишь меня впервые! – Тэррин отвернулась и сделала попытку встать.

– Не надо, прошу тебя. Останься в кресле. Я хочу запомнить тебя такой, какая ты сейчас при свете пламени, – голос Марвила был нежен и мягок.

Положив руки на колени, она смотрела на мужественное лицо своего любимого.

Они всматривались друг другу в глаза, ничем не выдавая своих чувств, проносящихся в их сердцах со скоростью бури. Они сидели и хотели продлить этот момент как можно дольше

Марвил сожалел об упущенном времени.