Супердвое: убойный фактор

 – воскликнул он и всплеснул руками. – Необходимо немедленно начать расследование…

– Подожди, Клим, – прервал его Сталин, потом, обратившись к Берии, поддержал Ворошилова. – Действительно, куда забрался! Он у нас все военные секреты выведает! Как же вы обнаружили его?

Берия кивнул в мою сторону.

– Этим делом занимается младший лейтенант Трущев.

Сталин подошел ко мне и благожелательно – видно, ему пришелся по душе мой малый рост, – спросил:

– Как вам удалось отыскать врага, товарищ Трющев?

– На подсадного, товарищ Сталин.

– То есть? – удивился хозяин кабинета.

– В процессе следствия было обнаружено, что у Алексея Шееля есть двойник…

– Кто? – насторожился Сталин.

– Сын полковника Разведупра Закруткина Константина Петровича.

– Вы даете отчет своим словам? – с откровенной неприязнью спросил Сталин. – Я знаю Закруткина, инициативный товарищ. Теперь оказывается, у него есть сын, похожий на шпиона?

– Анатолий Закруткин не имеет никакого отношения к преступной деятельности Алексея Шееля.

Они просто очень похожи друг на друга.

– У вас есть фотографии? – заинтересовался Сталин.

– Так точно, товарищ Сталин.

– Покажите.

Я вытащил из папки несколько фотографий. Сталин некоторое время рассматривал их, затем протянул Калинину. Тот поцокал языком, произнес «ай-яй-яй» и передал Ворошилову. Этот, словно желая подчеркнуть, куда может завести халатность, выразился внушительно – «да-а-а…» – и передал фотографии Молотову. Наркоминдел ничего не сказал, только выразительно усмехнулся и положил фотографии на стол так, что Маленкову пришлось тянуться за ними.

Георгий Максимилианович тоже промолчал, правда, в блокнот записывать перестал. Работая в кадрах под началом Ежова, он и не такое видывал.

Я стоял как вкопанный, ожидая самого худшего для себя, для Закруткина, для его сына и, не поверишь, для молодого Шееля.

– Как старший Шеель держался на допросах? – поинтересовался хозяин кабинета, обращаясь ко мне.

Берия откровенно напрягся, однако я решил сказать правду.

– Он молчал. Мы применили несколько подходов – бесполезно. Барон – матерый и крепкий враг, товарищ Сталин.

– Как же вы добились показаний, товарищ Трющев?

– Мы подготовили Закруткина, затем продемонстрировали его старику.

– Хорошо подготовили? – живо поинтересовался Молотов.

– По полной программе, товарищ Молотов, – отрапортовал Трущев. – Кровь хлестала как из борова.

– И Барон сразу раскололся? – не поверил Сталин.

– Так точно, – ответил я.