Вызволение сути

Голова девочки лежала на папином плече, и тут я увидел её потустороннее лицо с широкой счастливой улыбкой. Мать стояла рядом с ними и гладила девочку по светлым волосам.

Одна из причин существования калек, чтобы напоминать здоровым, насколько они счастливые.

Рядом я увидел танцующую пару. Голова красотки лежала у него на плече, глаза её были полуприкрыты от счастья, и губы раздвигала пьяная улыбка. Платье оставляло голой её спину и открывало доступ к большой груди, чем без стеснения пользовался её партнёр и мял тесто её грудей подготовляя наслаждений хлеб насущный.

Чужая похоть – это основа радости за других и доброжелательства к ним.

На пути домой, в римском аэропорту прохожу проверку через рентгеновскую установку, предварительно выкладываю на конвейер айфон, айпад, кошелёк и направляюсь в рамку проверочного аппарата. Служительница в итальянской форме, окликает меня на ломанном русском: “Шапка, ремень“. Узнала-таки во мне русскоязычного, хотя я всё это время молчал, не выказывая своего языка и держал в руке американский паспорт.

Пришлось вытащить ремень из джинсов и снять бейсболку.

По выражению лица служительницы было видно, как ей противно общаться с русскими.

Тут и мне стало противно.

Но в самолёте стюардессы не признали во мне русскоязычного и обращались исключительно по-английски или по-итальянски, принимая меня за итальянца, или просто потому, что не знали русских слов.

И я вспомнил, что в первые месяцы своего пребывания в США в 1977 году, прилетев из Рима, я в барах, знакомясь с девушками, стыдился говорить им, что я из России, и сообщал, что я из Италии, что было правдой, ибо я из неё прилетел.

Так и сейчас, я опять летел из Италии в Америку, но по сути-то я был и оставался, о, проклятье! – из России.

Золотая серебряная медаль

1964 год, Ленинград. Я закончил десятилетку школы рабочей молодёжи, к своему и родительскому огорчению, лишь с серебряной медалью. А ведь я стремился к золотой, ибо с ней поступали в ВУЗ без экзаменов.

Как оказалось, имелось секретное указание из верхов, чтобы евреям золотых медалей не давали.

Так мне за сочинение поставили четвёрку, придравшись к стилю какой-то фразы и к отсутствию запятой.

Поэтому я получил в руки “серебряник”, а значит надо было сдавать вступительные экзамены, причём только на пятёрки, чтобы наверняка поступить в институт и не загреметь в армию.

Решили не рисковать, и родители наняли мне репетиторов по математике и по физике.