Записки старого хрыча(зачеркнуто) врача

Приблизительно к двенадцати по дороге мы пришли к мысли, что эта проблема – проблема не медицинская, а социальная, а если некто всё же загорится, то проблема тогда уже переходит в медицинскую, но, опять же, не в психиатрическую, а в хирургическую, а в случае максимального успеха затеянно го – становится проблемой патологоанатомической.

С тем и пришли. А на площади людно – плакаты, плакаты, плакаты и лежанки, лежанки, лежанки. А на лежанках – симтаотцы, симтаотцы, симтаотцы. Так люди протестуют против ракетных обстрелов.

На лежанках лежит даже какое-то количество населения, моим учреждением неохваченное, но оно заметно тонет в массах населения уже охваченного. Так что можно эту акцию считать медицинским обходом.

На этой площади и разбил наш друг свой шатер – по случаю жары полог шатра был приподнят, и по зеленым в цветочек трусам, обтягивающим толстую жопу, суицидент был легко узнаваем.

Узнал и он нас, и немного оробел – все же пришли к нему двое мужчин, и каждый из них от природы снабжен аппаратом, легко гасящим любое точечное возгорание.

А я, надо сказать, крепко напился с утра чая, а в туалет заскочить перед выходом забыл…

Оробеть-то он оробел, но заранее приготовленной речью разразился: получалось так, что ставить ему кровать в выделенной квартире почти некуда – а как осуществлять «зугиют»?

Для непросвещенных объясню значение термина «зугиют»: «зуг» – это на иврите «пара», а производное от этого слово буквально означает «спаривание», но не просто, а с женой. Для этого акта внебрачных уз существует другое слово.

Тут подошла его жена, и я ощутил даже какое-то сочувствие к главе семьи – выглядела она, как сексапилка-малолетка из рабочих предместий, этакая звезда люберецкой дискотеки из прошлого моего времени. Я понял, что проблема кровати и, соответственно, «зугиюта» стоит остро.

–

Вот именно, – сказало прелестное дитя, мать двоих детей, – некуда кровать ставить, она у нас большая.

Тут подошла социальная работница из городских служб, и страдалец, лишенный «зугиюта», переключился на нее, а мне бросил небрежно: «Доктор, увидимся послезавтра».

Я подумал и решил так – если он передумал убивать себя, то сказанное им означает, что он придет ко мне на прием в четверг. В противном же случае это значит, что я должен помереть до четверга и повидаться с ним мне придется уже в другой жизни, что тоже, конечно, полностью исключить нельзя, но думать об этом как-то не хочется.

–

Ладно, – сказал я ему, – приходи в поликлинику, поговорим.