Поход в неизвестность

После того, как я была замечена, беседа на секунду умолкла, и разговор перешел уже совершенно на другую тему.

– Как же все это понимать?

– А как хотите. Но я от Вас ничего не укрыла. На занятиях, которые я провожу среди команды по географии и иностранным языкам, в перерывах ничего подобного я не замечала.

–Я подумаю над Вашими словами.

Капитан прошелся несколько раз назад, вперед. Потом быстро подошел к своей спутнице:

– Женя! Я отвечаю здесь за судьбу каждого из нас и успокоюсь, когда на берегу люди сами изъявят желание закончить службу.

–Не надо, не продолжайте. Я Вас озадачила. Надеюсь нам обоим извлечь отсюда пользу хотя бы в том, чтобы быть начеку, в случае непредвиденных обстоятельств. А может и не стоило мне все это говорить? Но иначе я поступить не могла… Вообще, мне кажется пора спать.

Женя на несколько секунд закрыла глаза, и так хотелось открыть их и увидеть рядом привычный далекий родной берег. Она гладит голову Петра Григорьевича.

– Мы будем отдыхать Женечка, и все будет хорошо. Мы уже достаточно прошли и, думаю, удача нас не оставит, она нам станет сопутствовать и дальше.

ГЛАВА 3

ВЫНУЖДЕННЫЙ РЕЙД

Шхуна непрерывно пробивалась через небольшой слой льда, временами появлялись его целые поля, но он все еще был недостаточно крепок, чтобы начать чинить серьезные препятствия.

Но уже через несколько дней, рано утром, Женя вышла на заметенную снегом палубу. Видно, как среди матросов начала появляться тревога. Да и стало понятно почему. Впереди, по курсу, просматривался сплошной твердый зеркальный панцирь и прорваться через него дальше становилось невозможным. И не только вперед, но и назад. Теперь путь отрезан.

Сначала несколько человек вышли вперед судна, наивно пытаясь расчистить ломами дорогу для его движения, но через некоторое время, поняв, что попали надолго в ледяную ловушку, прекратили всякие действия.

Подошел Петр Григорьевич и люди словно магнит стали к нему притягиваться. Семнадцать человек. Все в этот миг теперь наверху. Морозный ветер треплет парусину на мачтах, сносит на юг дымок от печи кают компании, моторного отсека. Внизу мерно работает мотор и среди этого однообразного шума нависло угрюмое молчание, продлившееся минуту, две, а может и вечность.