Антоша, вставай

 – Что папаша твой лентяй, что ты. Сперва прикидывается валенком, а потом вон что вытворяет, лучший сотрудника года. Посмотрите. Вот сразу так нельзя? Всегда нужно вас гонять, чтоб хоть что-то добренькое случилось. Ой, горе мне!

Мать замолкла и быстро заводила рукой перед своим лицом.

– Не стой как истукан, неси, – она попыталась схватить воздух ртом, – неси валерьянку… и быстрей.

Я замешкался. Ноги приросли к полу, а тело парализовало. Я смотрел, как мать корчится от нехватки воздуха, и ничего делал.

Тик под моим глазом успокоился, и вместо того, чтобы побежать к холодильнику, где мать хранит лекарства, я развернулся и пошел в ванную.

– Не смей отворачиваться от меня, – закричала старуха, – я твоя мать, мать, – протянула Карга, – я тебя вырастила, поставила на ноги, а ты вон как со мной. Ой, – заныла она, – люди добрые, что творится! Родной сын успокоительное принести не может, а у меня же с сердцем беда. Ой, помогите!

Я зашел в уборную и закрыл дверь на защелку. В грязном зеркале на меня смотрел леший.

Я хотел врезать ему, но вместо этого тихо заплакал. У меня не было ни одного объяснения, почему текли слезы. Я просто стоял и смотрел, как в мутном зеркале рыдает леший. Мне не верилось, что на той стороне я. В отражении стояло тело, в котором я живу. Мне стало жалко себя.

Раздались твердые удары в дверь. Ощущение было такое, что ведьма била не кулаками, а табуреткой.

– Подай матери успокоительное! – кричала она. – Матери плохо, козел неблагодарный.

Слезы потекли еще сильней, так же внезапно, как грибной дождь превращается в ливень.

– Я тебе вырастила!

Глухой удар в дверь.

– Я тебя поставила на ноги.

Ещё один удар.

– Я не спала ночами из-за тебя. Выходи!

Удар и еще удар.

– Принеси! Матери! Лекарство!

Я зажал уши. Удары в дверь вместе с криками старухи стали где-то далеко. Я смотрел в зеркало и не мог поверить, что все это происходит со мной.

"Нет, это все проживает кто-то другой, не я, у меня все хорошо! Я живу в Таиланде на острове Пхи-Пхи, у меня симпатичная подруга и классный мотоцикл.

Я хорошо выгляжу, у меня стройное тело и брутальный голос. В зеркале не могу быть я. Это невозможно. Этих криков безумной старухи не существует. Ха-ха. Я на острове, а не здесь. Это все сон. Это сон. Ха-ха”, – думал я.

– Это все не со мной, этого не существует, – закричал я и стал бить себя в лоб. – Это все происходит не со мной. – Стуки в дверь прекратились.