Война нервов

– Значит, ваша специфика…

– Один из параграфов устава бюро гласит: «Предоставление клиентам агентства информации, собранной в конфиденциальном порядке, в том числе и через личные возможности руководящего состава агентства».

Джеб невольно переключился на тему, которая была связана с отставкой начальника флотской разведки адмирала Школьника. Теперь он поселился в отеле всерьез и надолго, и поговорка о двух медведях, которые не могут ужиться в одной берлоге, была как раз к месту.

У Блинкова не было потребности выговориться.

Может быть, он представил штаб-квартиру агентства без «двух медведей» и взял на себя обязанности принять и выслушать первого клиента. И только сейчас его насторожило поведение Камиллы. Она очень внимательно, словно эта тема была ей близка, слушала его. Но он сказал ей то, что, к примеру, сказал бы тому же первому клиенту. Он исподволь готовился к такой беседе.

– Скажите, – тихо спросила Камилла, – розыск людей числится в вашем списке услуг?

– Да.

Пауза.

– Я бы хотела найти одного человека.

Камилла осталась в номере одна. Ей требовалось много времени, чтобы осмыслить его небольшой отрезок. Во-первых, вернуться в реальность. Поскольку встреча с агентом российской разведки в его офисе до этой минуты казалась ей навязанной или лежащей за пределами реальной действительности. Теперь она пожалела о том, что рядом нет Томми. Он не был наделен особым воображением и смог бы навязать ей это свойство, вернуть ее на землю.

Три года безуспешных поисков.

Полиция, Интерпол ищут конкретных людей.

Камилла же искала тень.

Образы. Она помешалась на образах. И сейчас призрак человека скалился то из одного угла комнаты, то из другого; включи она телевизор, увидела бы его иссеченное помехами лицо.

Где ты, мразь?!

Она видит девичью руку, перетянутую жгутом. Игла шприца прокалывает кожу, поршень закачивает кровь, затем выдавливает в вену смертельную дозу наркотика.

Время чуть залечило ее рану. А сейчас она открылась, давая знать о себе новой болью, словно несчастье случилось только что, а не три года назад.

Это чертов русский отель перегрыз швы и обнажил рваные края раны.

Камилла беспомощно оглянулась: бежать. Бежать отсюда без оглядки.

Всего неделю назад она думала и говорила о чем угодно. «Творожный сыр, пряные травы. Ты знаешь мой вкус». И слышала ответ: «Вместе мы уже три года». Она придумывала «кухонные романы» и читала их вслух…

Она набрала номер Вальдеса и сказала:

– Томми, я совершила глупость.