Византийский манускрипт

* * *

В отличном расположении духа Тавров на следующий день отбыл в Москву. Из аэропорта он сразу отправился в редакцию журнала «К городу и миру». По дороге он позвонил редактору.

– Господин Зборовский? Это Тавров. Я еду из аэропорта, часам к шести появлюсь у вас, если, конечно, в пробке не застряну. Вы будете на месте? Ага… дождетесь? Ну и отлично!

– Что случилось, Валерий Иванович? – обеспокоенно поинтересовался Зборовский у ввалившегося в кабинет Таврова.

– Ничего особенного, – ответил Тавров, плюхаясь в кресло и вытирая носовым платком пот со лба.

 – Просто нужно кое-что уточнить о Брене. Только его связи помогут что-либо прояснить. Поэтому меня вот что заинтересовало: наверняка Брен имел записную книжку, возможно, ежедневник… Ну, не всю же информацию он держал в ноутбуке?

– Да, у него был ежедневник, – подтвердил Зборовский. – Довольно увесистая книжка, хоть и карманного формата. Обычно он держал ее здесь, в редакции, но в командировки брал с собой. Иногда брал, когда отправлялся на встречи.

Записной книжки я у него не видел, но надо полагать, что и она имелась, – не держал же он телефоны только в мобильнике?

– Можно посмотреть его стол? – спросил Тавров.

Зборовский встал из-за стола, достал из шкафа картонную коробку.

– Мы недавно поменяли офисную мебель, – пояснил он. – Брен сложил все из старого стола сюда, а новый так и не успел обжить.

Тавров заглянул в коробку. Там лежали различные канцелярские принадлежности, включая три степлера, один другого крупнее.

Самым крупным можно было без труда прошить целую брошюру. Кроме того, имелись одежная щетка и коробочка с губкой для обуви. И все.

Из бумаг – только стопка листков для записей в фабричной упаковке и визитные карточки в пластиковой коробочке. Ни ежедневника, ни записной книжки, ни одного листочка исписанной бумаги.

– Он вообще что-нибудь писал от руки? – раздосадованно поинтересовался Тавров.

– Ну, разве что короткие записи, отчеты о командировках, – ответил Зборовский.

– А не сохранилось каких-либо случайных записей? Знаете, бывает так: ежедневник не всегда под рукой, и люди записывают телефоны и договоренности о встречах на клочках бумаги.

– Нет, Виктор был очень аккуратным человеком и все записывал в ежедневник, – отрицательно помотал головой Зборовский и вдруг хлопнул себя по лбу: – Да! Буквально перед своим исчезновением Виктор был у меня в кабинете, и секретарь переключила звонок Брену ко мне. Звонил мужчина.