Исход. Первый пояс

Меня снова обдает жаром опасности, но я, не задумываясь, делаю ещё один Шаг. Прямо в жаркие объятия огненного столба.

Этого тоже мало, чтобы остановить меня. Я слишком быстр, на мне доспех Древних, я использую Духовную Защиту и этого хватает, чтобы проломиться сквозь пламя.

Снова звон стали. Старик уже на ногах, а впереди стоит его сын.

Оковы. Укол в ногу. Ярость. Но сталь встречает сталь. Оружейная техника встречает оружейную технику. Мад отбивает удар, но едва удерживает Молот в руках. Как и я. Неважно.

Важно то, что Пронзатель цел, а вот Молот в руках противника разлетелся на куски.

Мгновенная заминка врага. Оковы. Укол в шею. Мимо. Мад успевает отбить удар остатком древка, что сжимает в руках. Но с острия моего оружия срывается Шип в старика, а крюк Пронзателя ложится на плечо противника. Жар опасности и я делаю Шаг назад.

Столб пламени поднимается там, где только что стоял и охватывает Мада, который решает не использовать Опору, и которого я утягиваю за собой крюком.

– Сын!

Да что ему, Воину девятой звезды, сделается? Не таким уж и сильным было чувство опасности за мгновение до моего отступления.

Техника усиления. Укол в центр пламени. Мой Молот содрогается, попадая в цель. Короткий миг ожидания, пока Покров врага отсчитывает мгновения. Шип. Шип. Лезвие проваливается. Ярость, и я шагаю назад, выдёргивая оружие.

Огонь опадает, открывая тело, покрытое ледяными узорами, с развороченной грудью.

– Сын!

Что, старик, тоже думал, будто ничем платить не придётся, а Небо ничего не видит? Короткий взгляд назад показал, что и у Мириота остался один противник.

Взгляд направо: над плотным строем Волков сверкают вспышки – защитные техники Калта и Салта встречают дистанционные атаки Тигров. Сбоку мелькают ещё три фигуры Тигров, и я тут же отправляю в них Указы, уже не заботясь о маскировке. Не стоит пытаться ударить в спину моей семье.

– Ты! Тварь!

Шаг в сторону от опасности и меня теперь обжигает изнутри – болью от срыва техники – и снаружи.

Из снега вылетают десятки огненных щупалец, хватают за ноги, припекая даже сквозь броню. Духовная Защита выплёскивается из тела. И… Ничего. Разрушается едва ли четверть чужой техники.

Свист.

Я вскидываю Пронзатель, отбивая летящий в меня огненный диск. Один, второй, третий, четвёртый. Что?

Старик так и стоит там, где застала его смерть сына. Левая рука смотрит на меня открытой ладонью, перед которой исчезает обращение к Небу, а в правой руке сжат веер.