Исход. Первый пояс

Противник пытается сблизиться, прорваться через завесу круговых взмахов моего оружия. Но мы сейчас одинаково сильны и ловки. На каждую его технику усиления или ускорения я отвечаю своей.

И ощериваю рот в ухмылке. В звоне стали и её мелодии он уступает мёртвому отцу, а мои Оковы заставляют его на миг замирать. Выпад и я вкладываю в удар Ярость. Цзянь отшвыривает в сторону и вниз. Враг техникой отпрыгивает назад. Шаг следом, Ярость по поднимающемуся в защите цзяню. На летящие в меня простые Лезвия, пусть и девять штук, я не обращаю внимания, позволяя им скользнуть по броне, заставляя врага выругаться.

Выпад и не сумевший поднять оружие мужчина получает удар в горло, отпрыгивает. Шагнуть следом, Оковы, закрутить Пронзатель, угрожая рассечь горло, и противник ведется на обман, подставляя цзянь, а третья Ярость раскалывает его.

Быстрее!

Перекинуть древко на другую сторону и ещё раз прокрутить его. Ударить сверху клинком. Шагнуть. Рассечь воздух подтоком. Оковы. Сменить направление вращения и ударить снизу вверх в горло.

Противник не успевает отступить и его отбрасывает на два шага. Шаг следом.

Укол. Выпад подтоком. Рассечь. Укол.

Враг ускользает Шагом, выхватывая новый меч из кисета. Вот только последний укол я нанёс с техникой, и удлинившееся лезвие снова вонзается ему в горло.

Покров? Амулет? Неважно. Он жив.

Глаза врага краснеют, и я сам рву жилы, удваиваю напор на него, не давая ему ни миг передышки.

Лезвие очерчивает круги, со свистом рассекая воздух.

Меридианы горят от того, чего я от них требую. Клинок в ногу. Древко изгибается змеёй, когда я заставляю его описать новый круг. Клинок Пронзателя в средоточие врага. Воздух опять стонет под голубой сталью. Звездный Клинок в горло. Шаг вперёд и Пронзатель в быстром выпаде от бедра вонзается в приоткрывшуюся на миг подмышку. Ярость.

Враг бледнеет, из его рта вылетает целый фонтан крови.

Вырвать оружие. Прокрутить древко вокруг себя, набирая скорость и рассекая горло раненому.

Умирающий, хрипя, падает, а я сжимаю древко оружия, пытаясь успокоить дрожь рук и сбитое дыхание. Оказывается, никакой выносливости Воина не хватает, когда по жилам бежит боевая алхимия, делая тебя быстрее и сильнее.

Шаг вперед. Киртано, кто он: отец или дядя Бравура? Неважно. Он всё ещё цеплялся за жизнь, точно так же, как и тот, убитый мной сегодня старик Мад, зажимал горло и даже дотянулся до зелья. На что он рассчитывал? Кровью залило весь снег вокруг.