Гардар. Книга первая

Воспитанники всегда проявляли себя в любом деле с лучшей стороны. Помните о них и не бойтесь сделать шаг. Но идите твёрдо и не оступайтесь. Любое дело вы должны делать безукоризненно.

Вы идёте в армию с задачей сделать её сильнее и стать сильнее самим. Если для этого нужно здесь и сейчас стать алхимиком, вы должны стать им. Если для этого нужно отстоять свое мнение, вы его защитите. Если вы совершите ошибку, то, используя все свои знания, найдёте её и исправите. Если нужно будет уничтожить врага ценой собственной жизни, то вы не остановитесь в сомнении.

Вам доступны все новинки магической науки, но вы не должны останавливаться на своем пути к могуществу. Демиург просила нас охранять Чертоги Сердца нашего мира. Но однажды враг уже ворвался в них, и лишь безграничная отвага, сила духа гвардии и самого Императора позволила нам спасти Сердце. И никто не знает, что несёт нам завтрашний день. Вы должны стать настолько сильными, чтобы суметь справиться с любой угрозой и не допустить нового Тёмного Века.

Вершиной ваших устремлений должно стать желание достигнуть могущества Повелителей и совершить то, чего Демиург не могла и просить у своих детей. Шагнуть выше».

– Не думаю, что такое произойдёт, – повторил я, выныривая из воспоминаний. – Ты не поверишь, чему нас учили. Для твоего успокоения я напишу бумагу, что, как специалист с дипломом Таладорского училища, заявил, будто это сфера моих умений и взял на себя ответственность за строительство.

– Да ты сумасшедший, – вдруг замотал головой Рино.

 – Почему я тебя вообще слушаю? На месяц отдать всех офицеров крепости на посторонние работы, оторвав от службы… Поручить боевику строительство целой крепости. Отдать своим офицерам деньги по надуманному поводу. Своими руками подвести себя под трибунал? Уйди, уйди с моих глаз!

– Рино, но пос…. – попытался я продолжить уговоры, но командир уже сорвался на крик.

– Вон! Вали с моих глаз!

Раздраженный, я выскочил из кабинета, едва не сбив с ног Диниса Таргана.

– Разрешите? – услышал я за спиной.

?

К моему недоумению и даже изумлению, через две недели уже сам Рино вызвал меня к себе на разговор.

– Нашу прошлую беседу… – начал комендант, страдальчески морщась.

– Вернее, её бурное окончание, – вставил Динис с улыбкой.

– …застал наш уважаемый комендант, – продолжил Рино. – И очень заинтересовался идеей. Настолько, что сам принялся меня уговаривать поддержать твоё безумие.