Морозная Гряда. Первый пояс

И я даже не всегда уверен – это настоящее воспоминание или образ, оставшийся после рассказов мамы? Самое время увидеть красоту новых земель и показать их своей семье. Надеюсь, год или два в ватаге дадут мне возможность заработать достаточно денег для этого. И про силу не стоит забывать. Она тоже пригодится в дороге.

– Пойдём к столу? – Я поглядел на маму и уточнил: – Угощают ведь всех?

– Да, всем миром собирали на стол, – подтвердила мама. – Мы без тебя не хотели.

Я с удовольствием подсел к простому, даже чуть кривому, столу.

Этот день и так разжёг аппетит, да и еда на столе была лучше школьной. С удовольствием слушал болтовню соседей, их поздравления послушникам Ордена. Все они счастливы. Я тоже. Они гордились детьми. Я же просто рад за них. Почти за всех.

– Не жалеешь? – спросил Зимиона, склонившись к самому уху.

– Ты снова? – Тот поморщился, ответил в полный голос: – Не! Всё давно решено. Мне не по нраву было слушать глупые приказы ещё там, в песках. Здесь тем боле.

– А вот Крим, помнится, не любил подчиняться старикам ещё сильней, чем ты. Но гляди-ка, радуется своей обновке. – Я кивком указал на главного подпевалу Тогрима.

Крим стоял, держа в одной руке гербовую накидку, а другой подняв над головой чашу с вином и горячо говорил о новой жизни, начавшейся теперь, о том, что они глаза и руки Ордена на всех землях Морозной Гряды. Восторженная чушь, которой позавидовал бы и Дигар. Кажется, он уже был изрядно пьян. Впрочем, не он один. Помнится, я не поверил тому помощнику алхимика, что первым познакомил меня с тонкостями зелий, будто-то кто-то из нас может начать пить вино.

Даже Виргл не позволял себе ничего, кроме лёгкой браги, стоявшей чуть дольше трёх дней.

Но теперь я видел своими глазами, что недавние подростки, ставшие Воинами и послушниками Ордена, окончательно почувствовали себя главами семей. И редкие увещевания родных почти ни на кого не действовали. Впрочем, их право. Теперь всё и впрямь ляжет на их плечи.

Как и завтрашнее наказание в стенах Ордена за свой внешний вид. А вот я лишь пригубил вино и не собирался делать больше одного глотка. Не думаю, что мне хочется уподобляться Ориколу. Жалкое зрелище. Особенно по утрам после вечерних возлияний. Кстати, и Зимион, всё ещё разглядывающий Крима, лишь начал вторую чашу.

– Скажу так. – Зимион обернулся ко мне, широко улыбнулся, так заразительно, что я, ещё даже не слыша шутки, ощутил, как дрогнули мои губы.