Деревенская история

Проще было воткнуть в розетку обогреватель, и через час дом наполнялся теплом: эффект как от печи, а физических усилий меньше – да что там, практически никаких. А для приготовления пищи дед использовал маленькую электрическую плитку, стоящую на стуле.

Виктор Иванович открыл дверцу холодильника, достал оттуда кастрюлю с борщом и поставил на плитку. Затем из морозилки вынул шмат сала и положил его на стол, аккуратно ножом нарезал на ровные кусочки чёрный хлеб и вставил штепсель от плитки в розетку. Пока суп грелся, дед решил выйти из дома покурить.

Покинув кухню, он вышел в сенцы, где встретился с Цыганом и Кутузовым. Те встретили Ионова громким «мяу». Цыган был чёрный как смоль, средних размеров молодой кот, а Кутузов – маленький белый котёнок, у которого отсутствовал один глаз. Где он его потерял, история умалчивает. Дед Витя любил давать оригинальные клички животным, вот только с Тузиком что-то не срослось. Коты громко орали, требуя еды.

– А ну молчать! – прикрикнул на них дед. – Сейчас сам поем, потом вас покормлю.

Животным эта идея не понравилась, и они стали мяукать ещё сильнее. Во дворе залаяла собака. Дед вздохнул, отложил папиросы, достал из шкафа пакет с кошачьим кормом и насыпал его в миску. Громко хрустя, коты принялись поглощать корм. Тузик залаял снова. Дед вернулся на кухню, залез в морозилку, взял пару костей, вышел во двор и кинул их псу.

«Ну а теперь и мне пора поесть», – произнёс дед Витя, глядя на то, как собака, прижав лапой к земле куриную кость, жадно её грызёт.

Борщ в кастрюле аппетитно забулькал. Виктор Иванович взял в руки полотенце, аккуратно снял кастрюлю с плиты и поставил её на стол. Зачерпнув половником густой, ароматный, дымящийся суп, налил его в железную миску. Подтаявшее сало нарезал маленькими кусочками, добавил добрую ложку сметаны в борщ и, удобно устроившись на сундуке, принялся обедать. Настроение было хорошее, аппетит тоже, а организм, набравшись сил после сна, жадно поглощал пищу.

Внезапно во дворе Тузик зашёлся истошным лаем.

Дед Витя как раз прикончил суп и выглянул в окно. Возле калитки стоял в нерешительности и улыбался Николай Степанович. Ионов отвернулся и принялся доедать сало вприкуску с оставшимся куском хлеба. Берестов за окном стоял и ждал. Поняв, что хозяин дома на него никак не реагирует, принялся истошно кричать:

– Виктор Иванович! Виктор Иванович!

Дед вытер руки о полотенце и, поняв, что назойливый сосед так просто не отстанет, нехотя встал и вышел на крыльцо.