Небо над нами

– Ну а поговорить – не хотите? – навстречу улыбнулся он. – Вы, вероятно, с похорон едете? – утвердил, не дав мне ответить.

– Как вы догадались? – несколько смутился я.

– Очень просто. Одеты вы в костюм, то есть, так сказать, к официальному случаю. А что официального может быть в воскресенье в церкви? Крестины, свадьба да похороны. Первые два пункта исключаем – мрачны вы чересчур. Вот и остаются похороны. Что, не угадал?

– Да, но как вы поняли, что я именно из церкви?

– А по запаху, – улыбнулся мой попутчик.

 – Ладаном пахнете, и я даже сказать могу, в каком храме были. В Архангельском, на Щорса, верно? У отца Андрея секрет есть – он сам варит, с анисовым семенем. Знаете, в церкви поставляют сплошь ладан «Архиерейский» – это такая известная софринская марка. А он – тяжёл, голова болит как надышишься. Вот батюшки и разбавляют кто чем горазд – один анисом, другой – дубовым мхом толчёным, третий – восточными травами. Я когда служил, специально катался в Новый Иерусалим за дымком – там иногда бывают благовония, сваренные по древнерусским рецептам.

– Так вы – священник?

– Да, священник. Точнее – был, – поспешно оговорился он. – Сейчас вот еду в отдел… Не знаю…

– Уволили?

– Это не так называется, – мягко улыбнулся он. – Говорят: запретить в служении. Но у меня другое. Я – сам…

– Почему? – поинтересовался я.

– А вы про пожар слышали на зоне в Кратовске?

– Что-то слышал, – произнёс я, действительно припоминая.

– Ну вот, после этого и решил уйти… Я на той зоне служил, и случилась одна история, – он запнулся.

 – В общем, посчитал, что не вправе…

– Ясно, – кратко ответил я, решив, что он не хочет распространяться.

– Ну а вы по какому поводу едете? – спросил он.

Я начал рассказывать о похоронах, но мой попутчик слушал невнимательно, вероятно, напряжённо размышляя. Он то вскидывал беспокойный взгляд на меня, то посматривал за окно, где под стук колёс стремительно мелькали бледно-зелёные апрельские пейзажи. По тому, как нервно сжимались его тонкие губы и хмурился лоб, я видел, что ему хочется мне что-то сказать.

– Знаете, я в той истории и сам не разобрался, – вдруг невпопад прервал он меня.

– В какой истории?

– Да с той, что на зоне, с пожаром. А хотите – расскажу?

– Не откажусь, – согласился я.

– А вам ехать далеко? – беспокойно спохватился он.

– До Москвы.

– Ну что ж, если до Москвы, то, пожалуй… Но – не надоем? Просто если рассказывать, то с самого начала. А это – долго.