Цитадель тамплиеров

– Лекари-притворщики бросают новые камни нам под копыта?

– Вот именно, – сказал Великий магистр, – я только что от короля.

– И что сказал этот трясущийся собачий хвост?

– Когда я уходил, он трясся от страха, но сомневаюсь, что удалось его образумить. Увы.

– То есть? – тихо спросил брат Гийом.

– Он сделал вид, что подписал сервильную грамоту на Асфанерский лен по глупости. Не придал, мол, значения. Но я не верю. Слишком долго он все скрывал. Мы узнали об этом, лишь когда люди д’Амьена заняли этот несчастный караван-сарай.

Седой граф резко сказал:

– Он – безумец, забывший кому обязан… Мы можем…

– Умным я его никогда не считал, но ничего во вред себе он не делает»

– Рассчитывает, что мы сейчас не захотим скандала в его семействе, – сказал брат Гийом.

Де Торрож тронул свой правый бок.

– Может быть, может быть. Печень болит… – сказал Великий магистр. – Ты бы, брат, дал мне снадобье. У тебя много чего в подвалах.

– При недугах типа вашего воздержание полезнее лучшего зелья.

– Ладно, – махнул рукой граф, – вернемся к Бодуэну. Надо, в конце концов, позаботиться о династии.

– Бодуэн V – совсем ребенок, – заметил граф де Марейль.

– Пора обратить внимание на принцесс. – Великий магистр продолжал массировать бок. – Не то нас опередят.

Глаза брата Гийома были спокойны, граф де Марейль рассматривал де Торрожа с большим интересом.

– Итак, принцессы, – сказал брат Гийом.

Де Марейлю судьба девчонок была безразлична. Когда они жили при дворе, вокруг каждой из них образовалось подобие партии. Находились лихие рыцари, готовые обнажить ради них мечи. Это рыцарям Храма было запрещено поклоняться какой-либо женщине, кроме девы Марии, а остальным крестоносцам – как повезет.

– Итак, принцессы, – повторил Великий магистр.

– Изабелла, судя по некоторым признакам, влюблена в Гюи Лузиньянского. А духовником Сибиллы стал с месяц назад отец Савари, тяготеющий к Госпиталю.

– Если Изабелла выйдет за Лузиньяна, получится неплохая пара для трона, – вздохнул де Торрож. – А откуда ты, кстати, знаешь насчет Изабеллы?

– Из этого письма, – брат Гийом продемонстрировал свиток. – Одна камеристка нас информирует.