Паруса смерти

– Этот негодяй заговорил! Клянусь стигматами святой Клементины[8 - Клянусь стигматами святой Клементины… – Стигматы – от греческого «стигма» (stigma) – клеймо, метка. Особые отметки у различных святых, проступающие в местах (ладони, ступни), где гвозди вошли в тело Иисуса Христа во время распятия.], я уже перестал на это надеяться.

– На это перестали надеяться даже тюремщики. Неделю назад по вашему повелению мы оставили его в покое, дабы затянулись самые болезненные раны и появилась возможность продолжать дознание должным образом.

Губернатор нетерпеливо махнул кружевным манжетом:

– Помню, помню.

– И вот сегодня утром, еще до того, как к нему приступил наш главный умелец Франсиско, еще до того, как разожгли печь, и еще до того, как в камере появились пыточные инструменты, Горацио заговорил.

– Он сказал, где находятся награбленные ценности?

– Нет, он сообщил кое-что более интересное.

Дон Антонио громко хмыкнул, чего с ним не случалось с момента получения известия о гибели сына.

– Что же может быть интереснее?!

Альфонсо помедлил еще буквально секунду, и его можно было понять, ибо в момент сообщения невероятного известия сообщающий как бы возносится над слушающими.

– Он сказал, кто ему помогал в его делах. И во время бегства из картахенской тюрьмы, и во время нападения на флотилию ловцов жемчуга.

– Всегда считалось, что это сделали лесорубы с Ямайки.

– Считалось, ваше высокопревосходительство. А на самом деле это совершил он, Горацио де Молина, и помогал ему в этом не кто иной, как его дядя.

– Имя, имя этого дяди!

– Ангерран де ла Пенья!

Дон Антонио не смог усидеть на месте. Он вскочил и стал нервно расхаживать по беседке.

– Бред сумасшедшего!

– Тюремщики тоже вначале подумали так же. Но он привел доказательства…

Губернатор нервно подергал острую свою бородку, почесал щеку – одним словом, в значительной части утратил облик высокородного благообразия.

– Какие, какие может представить доказательства разбойник с большой дороги, сидящий в подземной тюрьме, а?!

Альфонсо протянул сафьяновую папку своему господину и со вздохом сказал:

– Здесь они перечислены. На мой взгляд, дело совершенно ясное.

– Кого интересует ваше мнение, Альфонсо! Что там за доказательства?!

– Гербовые татуировки, изъятые при аресте фамильные медальоны.