Лабиринт для Минотавра

Об этом, Минотавр готов поклясться чем угодно, даже невернувшейся памятью, она наверняка не знала и не узнала. В конце концов он мог привлечь ее своей статью, которую она решила запечатлеть в субстанции, а затем в камне или даже металле. Ее манипуляции с запеканкой лишь попытки сделать модель могучей фигуры Минотавра. Но самодовольная и льстивая мысль уплыла, так как фигурка протянула к нему руку и потеребила за плечо:

– Вставай, Телониус, вставай. Я принесла тебе благую весть!

Ошиблись гамаком, понял Минотавр.

Где спит этот Телониус? Кстати, какого-то Телониуса поминал в своем бормотании Вергилий, но тогда Минотавр пропустил это мимо ушных отверстий. Минотавр приподнялся на локте.

– Телониус в другом гамаке, – ворчливо, как и полагается тому, чей сон бесцеремонно прервали, сказал Минотавр. – Или другом отсеке. Здесь только я, Минотавр.

Но фигурка не растерялась, не вскочила, разливаясь в извинениях за допущенный промах, а наоборот – издала короткий смешок:

– Телониус – это ты. Или предпочитаешь называться Минотавром?

Сон высох до дна, как только он сложил четырежды четыре.

Рывком сел в гамаке, сгреб фигурку, подтянул к себе, чтобы разглядеть ночного посетителя и с изумлением убедиться в том, что уже встречал его в Санаториуме. Отпрыск в потрепанном древнем скафандре.

– Кто ты? – прорычал Минотавр с самым свирепым выражением, дабы отпрыск струхнул. Бесцеремонное вторжение в личную заводь не следовало спускать никому, достаточно одного Вергилия, хотя тому хватало опыта не беспокоить его во время сна.

 – И что тут делаешь, гипостазис Послушания тебя подери?!

Но незваная ночная гостья не струхнула, не съежилась под грозным взором возвращенного, а сделала ловкое движение, после которого кулак Минотавра сжимал лишь пустоту, а она отодвинулась на безопасное расстояние.

– Нить. – Она сделала жест вежливого представления старшему. – И здесь, чтобы кое-что тебе показать.

– У меня уже есть Вергилий, – проворчал Минотавр. – Я не нуждаюсь в еще одном.

Чересчур много нитей для одного лабиринта. Запутаешься. Плыви спать, отпрыск. Утром в столовой поговорим, если захочешь. – Он деланно зевнул, прекрасно понимая – отпрыск никуда не уйдет. Подобные взбалмошные создания не для того являются посреди ночи, чтобы затем, по единому слову, отправиться восвояси. Более того, если бы Нить последовала его совету, Минотавр сильно разочаровался.

– Твой Вергилий говорил об отсеке номер четыре? – Нить пододвинулась ближе.