Мастер кулачного боя

Китаец сразу понял, что этот усталый человек со стерильным лицом кадрового партийца не расположен к беседе с ним. Удивление наглостью Китайца на малопривлекательной физиономии Замятина сменилось откровенным недовольством. Может быть, потому, что в кабинете он сидел не один. Рядом с его столом вальяжно развалился в кресле лысоватый мужчина лет сорока пяти. Он обернулся и с нагловатой неспешностью принялся рассматривать Танина, склонив голову набок, точно взвешивал и прикидывал, чего тот стоит. Густые темные усы нависали над верхней губой, почти пряча ее.

У посетителя были серо-голубые, глубоко посаженные глаза, прямой крупный нос, высокий выпуклый лоб и вытянутый подбородок. Узел его синего, в белых каракулях галстука был ослаблен. В зубах он держал трубку. На столе стояли две кофейные чашки из белого фарфора с волнистыми краями и рисунками на пастушескую тему. Каждый пасторальный эпизод был обведен тонкой золотистой линией.

– Что такое? – возмутился хозяин кабинета.

В этот момент в кабинет втиснулась разгневанная секретарша.

– Алексей Петрович, – растерянно и виновато воскликнула она, – я ничего не могла сделать. Он, – она скосила глаза на Танина, – даже не представился, ворвался... – Женщина задыхалась от волнения.

Замятин поднял руку: мол, понятно, хватит тараторить. Брюнетка умолкла.

– Здравствуйте, – воспользовался Китаец мгновенной паузой, – меня зовут Танин Владимир Алексеевич. Мне нужно поговорить с вами о Монахове. Извините, что так получилось, – Китаец изобразил раскаяние, – но я не могу ждать.

– Он умер, уважаемый, – скривил губы в горькой усмешке Замятин, – и кто вы, простите, чтобы обсуждать с вами...

– Друг его друга, – уклончиво ответил Китаец. – Вы уделите мне несколько минут?

Танин заметил, что Алексей Петрович скользнул выжидательным взглядом по лицу лысого с трубкой. Танин не мог видеть выражения лица последнего, потому что тот уже отвернулся и сидел к Китайцу затылком, но понял, что «трубач» заинтересован.

– Хорошо, – неожиданно согласился Замятин, – Ольга Григорьевна, мы разберемся.

Секретарша бросила на шефа недоуменный взгляд, пожала плечами и, покачивая полными бедрами, вышла из кабинета.

– Садитесь, – Замятин показал рукой на стоящее возле стола кожаное кресло.

Китаец поблагодарил и сел напротив мужчины с трубкой за стол, упиравшийся торцом в стол хозяина кабинета. Теперь он видел вблизи и анфас лицо этого молчаливого посетителя. На губах последнего заиграла хитроватая улыбочка.