Никому не верь

За ту долю секунды, что Марк тонул в омуте глаз певицы, он отчетливо понял, что в ней точно есть какая-то искра, огонёк, который подсвечивал её изнутри и заставлял всех вокруг завороженно идти на этот свет, как каких-то глупых мотыльков. И она явно гордилась этим огнём, приманивая им, таких падких на загадочных женщин глупцов, как Марк.

– Наступает новый рассвет, новый день, новая жизнь для меня, и я чувствую себя прекрасно.

Её тонкие, обтянутые бархатом до самого локтя, руки крепко держались за стойку, будто ей нужна была опора, чтобы не утонуть вместе со всеми в её чарующем, гипнотическом голосе.

Алые губы почти касались металлической поверхности микрофона, а длинные чёрные волосы, скрывающие половину лица, волнами струились по хрупким плечам.

Где-то на середине вечности, которой показался Марку куплет песни, девушка встала со стула и скинула на него меховою накидку. Мерно покачивая бедрами, обтянутыми тёмно-синей сверкающей тканью, она принялась расхаживать по сцене.

При каждом её движении узкое длинное платье переливалось, словно бурный горный поток – от ослепительного белого до глубокого синего цвета. Сквозь нескромный разрез сбоку была видна обнажённая, молочного цвета кожа.

У Марка него перехватило дыхание – сегодня он точно не уснет. Только теперь не от призраков прошлого, а от желаний настоящего.

Девушка всё пела и пела – о любви, о разлуке и свободе – а Марк никак не мог перестать следить за каждым её движением, совершенно не чувствуя того, что пыталась донести песня.

И вдруг он заметил, как на скрытой в тени платья ноге что-то блеснуло.

«Нож, – тут же мелькнуло у него в голове. – А эта дамочка не так проста, как кажется».

Сам не зная почему, Марк довольно улыбнулся и решил, что просто насладится божественным голосом певицы и не будет ни о чём думать. В конце концов, у Анны всегда найдутся для него ответы.

Спев ещё три песни, девушка объявила небольшой перерыв и спустилась со сцены под тягучие ритмы джаза.

Медленной, соблазнительной походкой она приблизилась к столику Марка и остановилась. С такого расстояния она показалась ему даже ещё красивей.

– Не занято?

Её пухлые губы расползлись в обворожительной улыбке, а в миндалевидных, голубых глазах заискрилось что-то такое непередаваемое, что сердце у Марка тут же сжалось.

Глава 5. День 2.