По ту сторону зеркал

Время от времени он оставлял вилку и нож на краю блюда и потирал между собой большой и указательный пальцы.

– Роберт, и ты недалеко ушел. Бросила тебя твоя женушка. Смирись и живи дальше, – продолжил Хавьер.

– Твои комментарии здесь за столом совершенно неуместны! – ответил Роберт, повышая голос.

Эмиль почувствовал себя неловко, как случайный свидетель глубоко личной сцены. Пора было бежать.

– Благодарю за прекрасный ужин, – произнес он. – Я, пожалуй, прогуляюсь перед сном, – сказал он и выскочил из-за стола.

– Надеюсь, все в силе? Урок завтра в 10 утра?

– Да, конечно. Доброго вечера, Эмиль, – отозвался машинально Роберт.

Хавьер внимательно проводил взглядом Эмиля, пока тот удалялся из зала, вышел в холл и скрылся за дверью.

В это время Меган прогуливалась по рядам оранжереи и опрыскивала растения. Это был стеклянный павильон с металлическим каркасом, размером со школьное футбольное поле. В западной части росли тропические растения: высокие пальмы, древовидные папоротники, фикусы.

В центральном ряду красовалась главная гордость Меган – коллекция из 54 видов орхидей. Она склонилась у ярко–синих лепестков  Аскоценды, когда чуть слышно открылась дверь оранжереи, и вошел Эмиль. Девушка даже не подняла головы.

– Аллергия твоя суперспособность. Всегда есть предлог для побега, – сказал он с усмешкой. – Здесь красиво, как в раю. Прообраз Эдема на грешной земле.

На лице Меган проскользнула тень улыбки.

– Я окончила магистратуру биологии в Шеффилдском университете, – сказала она и перешла к следующему цветку.

– Модель и биолог. Необычное сочетание интересов. Хотя красивые люди любят красивые цветы.

– А есть некрасивые цветы?

– Конечно. «Мозгокактус», например.

– Цветы красивее людей. Особенно внутри. Они не притворяются.

– Мне ближе по духу деревья.

Эмиль посмотрел в конец павильона, где росли пальмы и кустарник, названия которого он не помнил.

– А если твоя аллергия от какой-то пыльцы? Похоже, ты здесь часто бываешь.

– Даже если и так, без оранжереи я не смогу, – ответила она и посмотрела Эмилю в глаза.

От пристального взгляда девушки Эмилю стало не по себе.

– Хавьер не слишком тактичен, – сказал он.

Меган усмехнулась.

– И все же он задал любопытный вопрос. Чем тебя очаровал Уильям? Сомневаюсь, что Нобелевской премией. Разница в возрасте тридцать лет бьет все рекорды.

– Не знаю. Он удивительный.