«The Coliseum» (Колизей). Часть 2

Красоту и трагедию. Притягательность свободы и чудовищность последствий.

– Подожду… – выдавила женщина. – Не совсем понимаю.

– Тогда помогу. Антихрист будет управлять молниями, погасит Луну, станет двигать горами и… убедит людей в своей божественной природе. Требуя одного – веры ему, а не кресту. Всего-то. В доказательство – любое чудо. Которого так хотите. Но купит именно свободой – изобилие удовольствий поразит. Именно тогда и будет разрешено всё. А верные другому погибнут.

– Я читала Апокалипсис и знаю, что его приход на землю – главный признак конца света.

– Ты не уловила главного. Люди поверят ему. Разнузданность перестанет быть кошмаром. Границы падут, буйство желаний затмит разум. Всех! И человек начертает символ зла. Даже младенцам! Что тебе после этого потомки? А теперь ответь: нужно ли рожать? Быть может твой ребенок будет среди первых, кто откликнется злу? Может прервать род? Как знать, в чьей родословной ген чудовища.

– Ужасно, ужасно, если так…

– Ты повзрослела. Держишь удар.

– Хоть не постарела, спасибо и на том, – голос Елены звучал глухо. – Если другие прошли бы через моё… держали бы не хуже.

– Уверенность за других или гордость за себя? Что ближе?

– Я не хочу об этом думать. Хочу только одного: отправьте меня к маленькому пажу. Я бросила его, не подумав. И… мне нужен другой вход в Колизей. Не во сне.

– Тебе опять нужен Колизей… – голова Слепого опустилась.

– Вы будто удивляетесь?

– Мне казалось… муж.

– Андрей?

– Я сказал муж. Ведь он бывает не по паспорту.

– Пожалуй, так, – плечи нашей героини поникли. – Но… за отцом в Колизей отправился Андрей. Я знаю.

– Не за отцом, за ответом.

Женщина удивленно подняла глаза.

– Я напомню вопрос: какова цена бессмертия? И кто платит.

Лена безучастно пожала плечами – ее волновало совершенно другое.

Слепой двинул рукой, цепи загремели.

– Скажи, – вопрос был неожиданным, – что нужно совершить, чтоб не родить чудовища?

Гостья вздрогнула:

– Как? Этого можно избежать? – самообладание колебалось.

– Ступай.

– Нет! Скажите! Ради всего святого, скажите! – голос перешел на крик.

– Не знаю, – Слепой опустил голову еще ниже. – И если бы знал, сказать не дали бы. Но до шести лет чудовище будет розовощеким малышом.

Лена готова была разреветься.

– Вот и всё, что мне подвластно.