Тень Империи

Он смотрел на своё отражение: щетинистое молодое лицо с ярко-синими глазами и отрастающими тёмными волосами, которые свисали вдоль скул. Из размышлений его вдруг выбил конь, которой ткнул его мордой в плечо и фыркнул. Кай вздрогнул, обернулся на него и посмотрел в его грустные тёмные глаза:

– Что, проголодался, приятель? Придётся тебе местную зелень пожевать, последние овощи я тебе утром скормил, прости.

Конь тоскливо наклонил голову к земле и стал обнюхивать её, словно понял, что ему было сказано. Отдохнув ещё немного, Кай вернулся в седло и продолжил путь.

К закату он достиг своей цели: Фориан показался на горизонте, и издалека выглядел обыкновенным городом, окружённым каменными стенами, дозорными башнями, на которых виднелись баллисты, и хорошо укреплёнными барбаканами. Под одной из стен протекала река, и вокруг неё была выстроена широкая, красивая арка, поддерживаемая несколькими опорами, но сам город ничем не выделялся. Кайсгарт на пути к вратам заметил, что за контуром стен не видно цитадель лорда Хаклина и предположил, что она находится где-то дальше.

Всё это было коварной иллюзией.

Когда Кай проехал городские врата, он увидел нечто уникальное, не похожее ни на один из прежде виденных им городов: многие здания на улицах были соединены канатами, лебёдками и верёвочными мостами, какие-то из них склонялись к соседним постройкам, а какие-то возвышались среди квартала и соединялись разнородными эстакадами и мостиками с другими домами. Как будто этого архитектурного хаоса форианцам было мало, почти на каждой улице виделись ступени, уходящие к Ирисиду или в подземные каналы, которые, похоже, были ещё одним слоем под городом.

На памяти Кая Фориан часто называли «город пяти мостов» из-за того, что он был разделён на три части двумя руслами реки, но в действительности мостов здесь были сотни, и далеко не только через реки. Солнце уже садилось и на улицах зажглись огни, но жизнь в городе кипела: местные ловко перемещались между домов, обменивались какими-то посылками, торговцы спорили со своими клиентами, где-то слышались крики, смех, звон клинков, и всё это безумие было столь многообразным и ярким, что Кай остановился на месте и опустил взгляд, чтобы прийти в себя. По корытам и коновязям он узнал на ближайшей улице трактир, подъехал к нему, остановился и спрыгнул с коня. За его спиной тут же оказался мальчишка лет двенадцати и сказал:

– Два медяка!

– Что? – удивился Кай и обернулся на него.