Без ностальгии. Сборник

Нияз Махмутович был с ним совершенно солидарен и несмотря на полное отсутствие в помещении любых электронных устройств и смартфонов на всякий случай подсознательно оглядел комнату.

Рустем Альбертович замолчал, долго разглядывая пришедшие карты и аккуратно раскладывая их в руке по мастям. Его слово было первым, и все спокойно ждали, в свою очередь раскладывая у себя карты и взвешивая свои шансы сыграть ту или иную игру. Первый игрок не спешил начинать и объявлять о своём решении, возможно он думал о другой игре, глобальной, в которой участвовал весь мир зная об этом или нет.

Рустем Альбертович: – Ты играешь с шулерами и к тому же по их правилам, которые они могут изменить в любой момент или истолковать их совершенно по-другому. Конституция, законы, те или иные органы власти и структуры… Пока ты судишься с соседом из-за того, что он передвинул свой забор на метр на твою территорию или ворует твои огурцы из теплицы, законы будут восприниматься более-менее однозначно и практически так, как они прописаны в кодексе.

Но как только ты затрагиваешь систему, если у неё появляется интерес в данном деле, тогда законы будут работать совершенно иначе. Как они будут работать?

Рустем Альбертович оглядел друзей. Сергей ждал продолжения, внимательно слушая. Нияз Махмутович уткнулся в карты, делая вид, что всё сказанное его совершенно не интересует и он бы предпочёл находиться сейчас в другом месте и не слышать откровений друга, которые для него, как работника этой самой системы были вполне очевидны.

Рустем Альбертович: – Да, система – это не просто система управления чем-то или кем-то. Это на международном или над международном уровне, для которого наши или чьи-то иные законы не представляются существенными, хоть исполнение их и соблюдение видимости этого создаётся в определённых интересах. Пока есть интересы придерживаться этих или каких-то иных законов, их придерживаются. Трактуют их так, как нужно. Любой закон можно развернуть тем или иным образом, обладая деньгами и властью.

Невиновный станет виноватым и отделается в лучшем случае штрафом или условным сроком. Стал бы я успешным адвокатом, если бы шёл против системы, участвовал в делах, в которых физическое или юридическое лицо судится с системой, даже будучи стопроцентно правым и уверенным в своей правоте? Пусть с юридической точки зрения и по закону этот человек или организация действительно правы.