Следствие слабости

– Столько лет вместе, сколько пережито… дети… я же люблю тебя! – Павел мысленно отвернулся. Хоть он и прожил с Лизаветой полжизни, но всё это время, как ни странно, казалось, что настоящей литературной любви в лице своей жены он так и не нашёл. Что любовь оная где-то рядом знал, он её практически чувствовал, только руку протяни, однако заполучить её и даже дотронуться, увы, не судьба.

«А ведь каждый второй человек всю свою жизнь мечтает о высокой, чистой романтике, носит её в себе… Откуда же тогда эти желания и чувства взялись, раз их почти никто не достигал?» – Павла, себе на удивление, вдруг захватил сей сакраментальный вопрос.

Сомнения приближали к разгадке, казалось ещё чуть и он поймёт. Но нет… пока нет.

Ну да ладно, сейчас Паше были интереснее новые впечатления и ощущения. Но вот незадача – наряду с ними на него комом начали накатывать яркие воспоминания, усиленные пониманием того, что тот привычный и любимый мир уже не вернуть.

Зато теперь эти воспоминания можно было потрогать, ощутить. И он без промедления бросился в сей омут с головой.

Совсем не удивительно, что в первую очередь очень захотелось увидеть родственников и друзей, тем более что расстояния больше не существовало. И действительно, только он подумал об оставленных в том мире детях, те тут же оказались рядом. Павел понял оное еще до того, как увидел их. В его ощущения ворвались чувства сторонние, сначала непонятные.

Но тут же они сплелись в единое цветное поле. Павел мог зайти в души своих детей, как в гости, сейчас он был связан с ними будто общей кровеносной системой. Он даже мог некоторым образом воздействовать на них.

Вот бежит, торопится по нервным волокнам в спинной мозг и гипоталамус импульс головной боли, переливаясь яркими оттенками жёлтого. Павел ставит ладонь и ожидаемая боль останавливается. Он нежно гладит голову дочери, посылая ей мысленно всю свою любовь.

Дочь облегчённо вздыхает. Ему вдруг кажется, что он когда-то всё это уже делал. Но только Павел убирает руку, всё возвращается на круги своя.

Дочка была подавлена, часто плакала, а вот сын перенёс потерю немного легче вследствие твёрдого характера. Вообще, сын Антон своей ровной энергетикой с сильными яркими цветами очень удивил Павла. Казалось бы, ни он, ни жена силой духа на протяжении жизни не отличались.