Чай вдвоём в Литературной газете

– А он в ней давно состоит?

– Он в ней не состоит.

– Он не состоит в своей партии?

– Она и так его. Зачем в ней ещё состоять?

– А какая у неё программа?

– У неё нет программы.

– Так, – сказал Виктор Петрович. – А почему?

– А зачем? Если можно и без программы.

– А как могли зарегистрировать партию, не имеющую программы?

– Вот этого я не знаю, – сознался я.

– Так, – повторил Виктор Петрович. – И теперь, наконец, главный вопрос. Как могла партия!.. не имеющая программы!.. полутора месяцев от роду!.

. наравне с коммунистами победить всех остальных?.. Как объяснить этот феномен?..

– Очень просто, – сказал я. – За неё голосовал народ.

– Но почему он за неё голосовал?

Я сел поудобней.

– Во-первых, она была всё время на всех каналах. В ущерб остальным блокам и…

– Это не аргумент, – перебил Виктор Петрович. – Ну, сколько она там была? Месяц?.. А остальные до этого – ей в ущерб – были на всех каналах годы!..

– Во-вторых, – продолжил я, – у Путина был Шойгу.

– Ну, и что?

– Зажмурься, – велел я.

Виктор Петрович зажмурился.

– Теперь представь: Шойгу за Примакова, а с Путиным – Яковлев. Кто побеждает?

– Э-э… Примаков.

– Вот то-то, – сказал я.

– Да, – сказал Виктор Петрович и открыл глаза. – Теперь я вижу. Но всё равно этого мало. Ведь не может же быть, чтобы всё предрешил один Шойгу!

Он был прав. Я задумался.

– Тут есть третье объяснение, – догадался я. – Один Шойгу, конечно, предрешить не мог. Но один президент – мог.

– Вот это-то и пакостно… – Когда Виктор Петрович был удручён, он непроизвольно цитировал Шекспира.

 – Вот как-то вот так народ вдруг – раз! и весь за тех, на кого ему указали. Всё-таки это как-то народ унижает.

Он неподвижно смотрел в дно пустой чашки. Мне стало его очень жаль.

– Наоборот! – возразил я. – Народ этим самым очень даже возвышен. Я бы сказал: запредельно возвышен. Тем более, что тут ничего и не попишешь. Вспомни старую поговорку: чего хочет женщина, того хочет бог. Кого хочет президент, того хочет народ.

Виктор Петрович оторвался от чашки.

– Получается, наш президент… он как женщина?

– Да! А народ при этом – получается как Бог!

Виктор Петрович вскочил.

– Точно!.. Ведь говорят: глас народа – глас Божий!

– Ну, вот видишь, – сказал я. – Всё сходится.

– Фу-ух!.. – сказал Виктор Петрович. – Ты посиди, я за чаем сбегаю.

Он убежал, а я включил газ и снова поставил чайник.

Здравствуй, 2000-й

«Литературная газета. Юг России» 19.