Проходящий. Спираль миров

Все «однокласники» и «вконтакте» на уши поставили. Фотку распечатали и развесили где надо и не надо. Ты как, сам?

– Нормально, не переживай. Приедешь сюда? Кстати, не забудь отменить розыск, о то меня каждая встречная собака останавливать будет.

– Это я мигом, вот только договорюсь кое с кем насчёт тачки и прискачу.

– Ну, давай, сынок. Ждём тебя.

– Пока, батя. Буду часа через три.

У двора просигналила машина, хлопнула калитка, и в дом вошёл сын. Мы крепко обнялись, похлопывая друг друга по спинам.

Я отстранился и осмотрел Артёма – подрос пацан, пока его батька лазил по всяким там небесным куширям – сантиметров на пять вытянулся.

– Орёл! Что ещё сказать

– А ты как каменный стал, чуть ладони об тебя не отбил, – сын пощупал у меня предплечье, – Смотри, как будто трубу стальную сжимаешь.

– Это я просто старый и мясо у меня жёсткое.

– Ага, ещё скажи, что тебя на коляске возить надо.

– Ну, это ты сына, чуток загнул. До этого ещё, слава богам, – я поднял глаза в потолок, – дожить надо.

– Мама, папа, давайте доживать в городе. Чего тут высиживать? Я поэтому и Алика не отпускаю.

– Это не тот случаем, который нам коробку на семёрке перебирал? – на память пришёл крепкий парнишка кавказского типа.

– Точно, Алик Погосян с мастерской на Серова.

– И правда, Вер, поехали. Дома всё и обсудим.

Квартира встретила родными запахами и всё той же обстановкой, хотя что могло измениться за прошедшие полгода. Артём сразу побежал в свою спальню запускать компьютер, видимо хочет поделиться хорошими новостями.

Жена отправилась готовить ванну, чтобы помыться с дороги, да и мне не мешает – потом попахивает. Я сидел в зале на диване и раздумывал, стоит ли говорить правду? Да, это моя семья, но вся произошедшая история, для нормального человека, тянула как минимум на бред воспалённого мозга. Но как можно обманывать близких людей? Они же после этого и уважать перестанут.

– Серёжа, иди купаться, я титан включила, – жена выглянула из ванной, – одежду сейчас принесу.

Я скинул старую камуфляжку, бельё, что одевал на даче, и осмотрел бледное тело. Едва заметный рисунок на коже, если не приглядываться, походил на сеть кровеносных сосудов. Ногти, на руках и ногах, почти приняли свою форму, но напоминали затупленный медиатор.

– Никак не налюбуешься, красавчик? – Вера положила стопку одежды на стиральную машинку.

– Скажешь тоже – красавчик. Бледный как поганка, смотреть страшно.