Polaroid. Хроники Кулуангвы

Всплывающие облака и увеличивающиеся кольца, как круги по воде, лучи, звезды и пятна. Как я раньше не замечал красоты звездного неба! Вот – Южный Крест, а вот – Кассиопея! Очень часто, когда я лежу на спине и наслаждаюсь этим звездным небом, я кладу под голову мяч. Он становится мягким и теплым, как подушка. Иногда мне кажется, что он даже начинает укачивать меня, усыплять. А небо в эти мгновения становится до страшного изумрудно-зеленым. Поначалу мне кажется, что теряю зрение, но сияние исчезает, как только я отнимаю голову от мяча-подушки.

Потеплело и запахло смрадом разложения. Множество гагар гибнет от прибоя. Далеко на востоке открытое море – видно по цвету неба. Ветер. Влажно. Пуховик моментально намокает. Нужно было делать его в два слоя. Вяжу сети. В этом году рыбу почти не ловил.

Играю с мячом около воды. Никогда в школе не интересовался футболом, друзья надо мной смеялись. А вот сейчас вроде и получается неплохо. Посмотрели бы на меня сейчас мои одноклассники! Два раза мяч улетал в воду.

Добирался до него на байдарке. Казалось, что мяч играет со мной. Только до него доплываю – он уходит еще дальше в море. Я за ним – он от меня. Словно зовет уйти с острова. Никуда я не пойду – и здесь хорошо!

Ухожу на байдарке с моим мячом подальше в открытую воду. Он часто будто зовет меня покататься. «Поедем, красо-о-о-отка, ката-а-а-ться». Страшно. Скалистые, ледяные берега моего Острова, некоторые скалы, особенно около Рощи, как небоскребы преображаются чайками.

Они носятся на фоне этих берегов и глаз, сохраняя линию полета, как бы режет эти и так изрезанные громады.

Не учился радиоделу, пошел токарем, а не слесарем на завод – казалось проще (тем ядовитая стружка – мне бы сейчас этот яд, да на медведя!). Не убивал, не мочил системщиков. Лишь выступал против них по ящику. За это и поплатился.

Сейчас я бы не боялся медведей. Бился с мафиози – хотел бросить его, а он уперся, устоял и начал меня доделывать кулаками с мою голову.

Мне нужно было сделать черемуховый лук и засадить ему в правый глаз! А мне чего-то не хватило, как сейчас не хватает моих магнитов вытянуть что-то ценное с баркаса. Был миг – звали «уработать» их, было единство. Где он этот миг? Между прошлым и будуущииим…!

Все платят…

Летом разберу пакгауз с движками и построю пристань к баркасу, буду нырять, потом пустой подниму лебёдкой и заштопаю пробоины.