Три холма, охраняющие край света

Скромные кроссовки не мешали возможному бегству.

Довершал преображение кое-как замазанный синяк под левым глазом.

– Кто это вас? – воскликнул пораженный Дюк.

– А! – отмахнулась Леди. – Не бери в голову. Феминистка какая-нибудь, коблуха позорная. Темно ведь там было. Злобствуют, что у самих титьки, как у крокодилицы… А клёво тут! Только шоколадки на подушке нету. Я когда в первый раз в Неметчину попала, на биеннале в Бремен, поселили меня в «Маритиме». Сексодром огромённый, как у той принцессы на горошине. И я себе показалась как раз не принцессой, а этой самой горошиной.

Катаюсь из угла в угол. И лежат на подушке два пёстрых фирменных пакетика. Вот он, думаю, настоящий сервис – позабо тились немецко-фашистские товарищи, чтобы неопытная девушка не залетела на их территории!

– Не утерпела поглядеть внутри – простой, с усами или в пупырышках? А там шоколадка! Дитя ещё ты, дескать, малое, а туда же! Умыли меня арийцы.

Теренс Фицморис терпеливо выслушал девичьи речи и сказал:

– Дорогая, вам сейчас только пояса шахидки не хватает.

– Да? – Леди встревожилась, метнулась в крошечную душевую и почти мгновенно вернулась – вторично преображённая.

Хиджаб перекинулся в лихую бандану с длинными хвостами. Третьим хвостом стали собственные пружинные волосы.

– С боков распустить – вообще всем страш но станет, – объяснила Леди особенности причёски. – Или кофточку белую надеть? Всё равно ведь заметут… И фингал…

– Странный всё-таки русский язык, – сказал Теренс. – Самый обычный кровоподтёк у вас носит имя древнего кельтского героя… Мы же не называем бородавки братьями Карамазовыми!

– У англичан, можно подумать, язык! – оби делась Лидочка Туркова.

 – Смеху подобно! Элек трочайник – «термо-пот»! Тепловой котелок! Это всё равно, что паровоз называть «шайтан-арба»! Туземцы синерожие! Ты ещё килт надень… Постой-постой! Вот килт ты как раз и наденешь! Фиг узнают! Терри, а вы трусы-то под килтами – носите? А то я в Эмиратах всё гадала – что там у них под галябией? И почему они всегда там чешутся?

– Вы уже спрашивали про килт, – устало сказал Фицморис.

 – На этот вопрос давно ответил королеве Виктории старый Тоби Макдиармайд: «А зачем, леди? Там и так всё работает!» А про галябию узнайте у вашего Салаха.

– Ты ещё мать вспомни!

Но тут наоборот, герцогиня Блэкбери вспомнила о сыне.

– Да, мама, сейчас еду в музей на брифинг. Почему так рано? Чтобы успеть до сиесты. Нет, конечно, никаких шортов. Я килт надену. Хорошо, хорошо, и гетры.