Бывшая жена драконьего военачальника

 – Можно же посидеть ещё, пирог остался. Что скажешь, Джослин?

– В меня не влезет, – рассмеялась я, положив руку на живот.

Накормили так, что ближайшую неделю мне не грозит голод.

– Жаль, – вздохнула она грустно.

Дети меня крепко обняли на прощание и пригласили снова прийти в гости. Лизи пообещала сделать для меня книжную закладку, как для дяди. Конечно, я не впервые возилась с детьми, в госпитале Дисоля, где мы с няней помогали, она не подпускала меня к взрослым мужчинам, потому мне часто приходилось работать с малышами.

Но здесь всё было иначе, я будто погрузилась в атмосферу семейного счастья. И даже поймала себя на мысли, что не хочу быстро с ней прощаться. Хотя в то же время желала поскорее прекратить общение с Грантом. Правда, чего не отнять, враждебность по отношению к нему уменьшилась на фоне общения с малышами.

Мы загрузились в карету. Предстоял недолгий путь до квартиры.

– Не забудь про иллюзию, – напомнил он.

– Да, точно, – я коснулась перстня на мизинце и представила неприметную девушку.

– А можно образ симпатичнее? – рассмеялся он, когда иллюзия легла на мой облик. – Пойдут слухи, что у меня испортился вкус.

– Составь техническое задание с полным перечнем параметров девушки. Я подумаю, что можно сделать, – хмыкнула я, вскинув подбородок с вызовом.

– Язва, – усмехнулся он. – Мне нравится, когда ты такая.

Его слова вызвали смущение. И в то же время вспомнился разговор с Мелиндой. По крайней мере, теперь мне известно, как соответствовать вкусам Гранта. Не надо прихорашиваться, строить глазки, цедить из себя улыбки, достаточно не давать себя в обиду и быть достаточно язвительной.

Главное, теперь с этим не переборщить.

– Как тебя моя семья? – поинтересовался он.

– Делаила очень милая, а дети – прелесть, – ответила я честно.

– Кстати, в этом причина, почему я могу на тебе жениться, если ты сомневалась в моих намерениях. Брат выполнил норму за меня, род получил чистокровных наследников. И скоро появится ещё один.

– И твой отец не против?

– Нет, он старается не лезть в мою жизнь, а я в его.

Тем более он так давно желает, чтобы я остепенился, что готов принять любую девушку, – пожал он плечами, глядя в окно.

– А мама?

– Она погибла во время переворота. Помогала персоналу покинуть горящий дворец.

– Мне жаль.

Здесь не кривила душой, я знала каково это – лишиться родных.

– Поэтому я не хочу нового переворота, – произнёс он тихо. – Думаю, и ты тоже.

Я кивнула, хотя он и не смотрел на меня.