Счастливая Жизнь Филиппа Сэндмена

– И ты вообще-то эгоист, – Филипп стал подливать масла в огонь, – поревел, похныкал, потом побежал спать к своей невесте, а наутро – «Адье!» и в Мантую! «Адье!», а не «я сделаю все, чтобы мы снова были вместе, любимая!». А она же тебе желает переменчивой судьбы, которая смогла бы вернуть тебя к ней. Другими словами, ты спасаешься, находишь выход, будешь жить там, где тебе должно быть лучше, чем здесь, где должно быть хорошо. Но пусть потом все изменится. Тут, конечно же, можно подумать, что она желает, чтобы фортуна изменилась так, чтобы потом ему было бы хорошо вернуться домой.

Но можно и представить, что она хочет, чтобы фортуна повернулась к нему задом. Нам выбирать, но мне хочется, чтобы был более дерзкий, более неожиданный вариант.

– Мартин, давай прямо сейчас мы прочитаем эту сцену еще раз, – предложила Сюзанна и подмигнула партнеру.

Никто так и не узнал, что Филипп все же счел лучшим в день первой читки.

Глава 18. Первая репетиция

– Итак, вводим зрителей в сюжет!

Так Филипп начал первую настоящую репетицию своей великой авантюры в четверг, второго мая.

Репетиция, состоявшаяся за день до этого, таковой не считалась, потому что начали они ее с беседы, после чего артисты показали балконную и несколько других сцен. Текст они знали хорошо, чему Филипп был рад. Он лишь давал по ходу некоторые советы, дабы помочь им выразить характеры персонажей и правильно показать ситуации, в которых они должны были находиться. По уговору, далее всем был гарантирован трехдневный уикенд. Две следующие же репетиции были запланированы на вторник и четверг, поэтому сегодня Филипп хотел проделать как можно больше работы.

– Шекспир, прежде чем познакомить нас с главными героями, дает нам понять основу сюжета – конфликт между двумя домами. Этот конфликт мы и должны показать зрителю. Все дальнейшее повествование вертится вокруг него, и именно поэтому я и сделал те самые предположения, которые мы считаем смелыми и дерзкими. Ведь именно они указывают на корень самого конфликта: интрига, соблазнение, грехопадение, ненависть и, как результат, сломанные судьбы.

Пану, Я'эль и Лауре выпало счастье показывать зрителю этот самый конфликт. Выглядело это все немного странно, ведь обе девушки играли мужские роли, хотя Я'эль удавалось делать что-то со своим голосом, что делало ее мужской персонаж интересным и придавало ему некий шарм. Пан же часто заглядывал в листы с текстом, которые он взял с собой, чем заметно ломал темп сцены.