Сны

Глядя на его форму, и приняв за аксиому, что форма эта имеет к нему отношение – можно было предположить, что группа крови у него третья, резус-фактор положительный, что он является майором, а служил он в ракетных войсках стратегического назначения СССР – информация эта содержалась в немногочисленных шевронах и эмблемах на погонах. Был еще один шеврон – с буквами «С.М.» – эту аббревиатуру все вокруг расшифровывали как «Crazy Major» – этакое прозвище, на которое, кстати, гринго и отзывался. А поскольку его настоящего имени никто не знал, оно ему имя и заменило.

Такова была ситуация по прошествии двух недель – популярность его достигла если не максимума, то была уже где-то рядом – а взять у него наконец-то по-настоящему правдивое интервью для любого журналиста стало делом чести, корпоративная этика требовала как минимум достойного поражения.

________________________________________________

…Он сидел на террасе отеля «Аламар» и пил. Было совсем уж раннее утро – часы над стойкой бара показывали 6 часов 47 минут, бар не работал, но для него служащие отеля сделали исключение – выдали бутылку «Captain Morgan», классического (с черной этикеткой) рома, порезали пару лимонов тонкими дольками, рядом насыпали горку коричневатого тростникового сахара – он был тут частым гостем, и о вкусах его все знали.

Aqu? estа, senior Crazy Major! – Gracias y disc?lpeme por la molestia.

Аллея де лос Туристас была пустынна и тиха, с океана дул прохладный ветерок, над головой сверкало ярко голубое небо – до тошноты идиллическая картина, отметил он, опрокидывая очередную рюмку и закусывая долькой лимона с сахаром.

Рюмка была высокой и тонкой, он называл ее гильзой – она и правда походила на гильзу крупного калибра – диаметром полтора сантиметра и с утолщением донной части, как бы под капсюль.

Неделя выдалась неудачная – пустая, контрактов нет, и не предвидится, и все идет к тому, что пустота эта продолжится – как тут не выпить с утра?

Скучно.

Он закрыл глаза и посмотрел на себя со стороны.

Да, выглядит все это странно, согласился он сам с собой – человек в выцветшей почти добела гимнастерке, в таких же выцветших майорских погонах, в светло-зеленых шортах гражданского покроя (чуть ниже колен), в такого же цвета носках и берцах защитного цвета – с цветовой гаммой полный порядок. Непорядок заключается, вздохнул он, с наслаждением глотая прохладный пока еще ром – в пьянстве, которому он предается вот уже третий день.