Фиктивная жена драконьего военачальника

Здесь его запах, – она воспротивилась и вышла в коридор. – Не бойся, Лин-Лин, только царапина, – и вымученно мне улыбнулась, стерев кровь с лица тыльной стороной ладони.

– Это не царапины, – задыхаясь от шока, возразила я и настойчиво повела её вниз.

Хотелось просто рухнуть на пол, обнять себя руками и плакать от того, что причинила вред единственному близкому человеку. Но это было бы глупо и малодушно. Тёте нужна моя помощь, а не слёзы, потому я старалась действовать быстро, чётко и хладнокровно. На кухне посадила её на стул, сбегала за лекарской сумкой и приступила к осмотру.

К счастью, раны оказались не такими глубокими. Не царапины, но зашивать не придётся. Я бережно обработала повреждения, забинтовала их, после чего начала смывать кровь с побледневшей кожи тёти. И только когда закончила, рухнула перед ней на колени.

– Прости меня, прости, пожалуйста, – взмолилась я, ощущая, как по щекам скользят слёзы.

– За что ты просишь прощения, Лин-Лин? – неодобрительно мотнула она головой.

– Я ранила тебя. Могла…

Убить? Ведь действительно могла. Если бы не успела вчера слить большую часть резерва, если бы магия ударила по шее…

– Всё хорошо, Лин-Лин. Мы знали, что так может случиться.

– И всё равно…

– Нет, – оборвала она меня, положив окровавленную ладонь на мою щёку. – Не вини себя, дорогая. Хорошо, что это произошло в доме, а не в академии или при драконе. Теперь ты знаешь, как это случается, и сможешь пресечь.

– Смогу, – закивала я уверенно. – Больше не поддамся и…

– Отправишься в академию, Джослин.

Пора.

– Будто у меня есть выбор, – горько улыбнулась я, проведя пальцами по мокрым от слёз щекам.

Мглистый Лес полон опасностей для неподготовленных путников, но здесь мой дом, здесь тётя, здесь спокойно. А в академии я рискую выдать себя. Только выбора действительно больше нет. Если хочу обрести настоящую свободу, избавиться от вечного страха разоблачения, я обязана отправиться в академию, создать астральную книгу и пройти все этапы инициации.

Ради себя, ради тёти, ради погибших за меня родителей.

– Выпей зелье, я сама вынесу постельное бельё.

Тётя поднялась на ноги, а я вцепилась в её запястье, ощутив, как в груди заворочалась иррациональная ярость. Она уничтожит этот запах, и мне больше не удастся его ощутить. Не хочу, не позволю…

– Лин-Лин, зелье, – она пронзительно посмотрела в мои глаза.

Помотав головой в растерянности, я подскочила на ноги и рванула в лабораторию.