Печать Демона. Мятежница

Ты же меня знаешь, Натали.

– Она не инкубатор, а живая девушка. А ты сейчас ничем не лучше них, – я резким взмахом руки указала на демонов и архангелов.

Все в зале краем глаза следили за нашим разговором. Натолкнувшись на внимательный взгляд Оливера, я вновь обернулась к собеседнику.

– Конечно, она для тебя ничего не значит. Но представь, что на её месте был бы кто-то значимый. Например… Наама, – выпалила, чуть в своей горячности не предложив передать эту воображаемую роль себе. Это было бы слишком опасно.

 – Если бы это её делили хищники как трофей, а она носила твоего ребёнка?

Адрамелек с изумлением рассматривал моё лицо. Маска невозмутимой разведчицы треснула, позволяя сквозь её осколки увидеть меня настоящую. Но я восстановила разбитое мгновенно, привычно и жёстко. Этот мир не приемлет слабостей.

– Я понимаю, о чём ты говоришь, – кивнул он. – Но и ты пойми меня.

– Не смогу, – подхватив стакан с водой, я направилась к Идаль, заметив, что к ней подлетела Наама.

Гезария тут же последовал за ней, но демоница ничего не замечала, воркуя вокруг живота растерянной девушки.

– Какой он большой. Тяжёлый? А можно потрогать? Я осторожно, – заверила она, сложив ладошки в просительном жесте.

– Да, можно, – Идаль сама провела ладонью по животу, и высшая осторожно повторила её жест.

– А! – воскликнула она в восторге. – Он живой!

– Отойди от неё, – потребовал серафим, теряя терпение.

– Ты что?! Давай быстрее сюда! – Наама рванула к нему, схватила за запястье и потянула к испуганной Идаль.

Как ни странно, Гезария не сопротивлялся, позволил положить его ладонь на живот супруги.

– Чувствуешь? Чувствуешь, папаша? Там твой сын!

– Чувствую, – черты сурового лица смягчились, на губах расцвела улыбка.

– Для таких, как мы, это недостижимая мечта, – склонившись к моему уху, прошептал Адрамелек, отчего по телу пробежала нервная дрожь.

Я почувствовала себя такой же беззащитной и растерянной, как в день, когда потеряла ребёнка.

Тогда я ничего не смогла сделать. И у Идаль нет шансов. Ведь даже бессмертным не чужды простые человеческие радости. Но ради них они готовы идти вопреки всем и всему.

Глава 9

– Давайте начнём, – предложил Фокс. Он остался равнодушен к представшей сцене, либо хорошо держал лицо.

Стражи отнеслись к переговорам со всей серьёзностью, неприязни не проявляли. Демоны и архангелы держались настороже. Напряжение клубилось в воздухе.