Печать Демона. Мятежница

Неужели причина та же, что и с Идаль? Захотел столь редкий экземпляр себе? Но обстоятельства сложились так, что мы смогли познакомиться, даже относительно сблизиться. Возможно, потому он и не вернулся. Тоже из хорошего отношения. Либо всё дело в нестабильной разнице во времени между нашими мирами.

– Значит, будешь молчать, – сделала вывод я.

– Только если дианалию передадут мне, – отрицательно качнул он головой, продолжая смотреть в мои глаза и давить аурой.

Ещё и ростом. Надо было выбрать каблуки повыше.

– Она беременна, – напомнила ему.

– Подождать пару месяцев до родов не проблема.

– Это открытая ссора с Гезарией.

– Ему не следовало похищать её. Дианалия должна была достаться мне, – отрезал он жёстко, в голосе послышались дребезжащие нотки злости.

И стало ясно, что дело даже не в девушке, а в мести. И здесь он действительно закроет глаза на своё расположение к Кассиэлю. Но решится ли дать повод войне с Тартаром? Как-то не хотелось проверять…

– Сложная просьба. Идаль хотят и высшие.

– Разве это просьба? – золотисто-алые глаза мужчины опасно прищурились. – Ты отдашь мне дианалию, – произнёс бескомпромиссно.

Давление его силы увеличилось. На мгновение потерялись все ориентиры. В голове загорелась всепоглощающая мысль: подчиниться, выполнить любой приказ. Лилит взъярилась, и вязкий туман воздействия начал рассеиваться. Значит, Джибриэль силён в подавлении сознания. Интересное открытие. Стиснув челюсть от негодования, я беспощадно пустила волну флёра. Ведь пытаться подавить опытного манипулятора собственными слабыми гипнотическими способностями бессмысленно.

Джибриэль ответил молниеносно. Две невидимые взгляду энергетические волны схлестнулись с такой мощью, что даже послышалось дребезжание стёкол в окнах.

Давление на виски было подобно удару лома. Я покачнулась на ослабевших ногах и устояла лишь на чистом упрямстве. Только секунду назад горящий золотым огнём взгляд Джибриэля потух и подёрнулся дымкой навеянного желания. И не то чтобы флёр мощнее, просто воздействует тоньше, особенно при поддержке такого количества энергии.

Серафим склонил ко мне голову, сосредотачивая взгляд на губах, и тут же стремительно отвернулся, яростно проревев сквозь стиснутые зубы. От его руки прошла энергетическая вспышка и снесла стоящую у окна вазу с растением. Та раскололась вдребезги, раскидывая по полу осколки, комья земли и оборванные листья. Джибриэль тут же развернулся и вновь приблизился. Его указательный палец ткнулся в мою грудь.