Печать Демона. Воительница

– Наслаждайся, – едко хмыкнул Джибриэль, но в глубине его глаз клубилось бешенство.

Отвернувшись от меня, он стремительно покинул комнату, обогнув Самуила в дверях. Печатник посмотрел на меня с предвкушением во взгляде и тоже вышел. И только тогда я чуть нагнулась, задышала чаще, пытаясь выровнять сбивающееся дыхание. А потом снова пошла полоскать лицо ледяной водой, чтобы успокоиться. Плескалась, пока в дверь не постучался архангел. Требовал вернуться в комнату. Выбора у меня не было, пришлось послушаться.

В спальне за время моего отсутствия ничего не изменилось.

И никто меня не ждал. Взгляд метнулся к прикроватной тумбочке. Снять наручники и попытаться сбежать? Но это было бы глупо, я лишь потрачу свой единственный шанс на побег. Нужно дождаться более подходящего момента.

– Значит, Натали, – донеслось от входа.

Печатник замер в проходе, рассматривая меня всё с тем же предвкушением, от которого по телу поползла неприятная дрожь.

– А ты? – я развернулась, следя за его приближением.

– Самуил, – он чуть вскинул голову и усмехнулся, когда не дождался эмоциональной реакции.

– Печатник Самуила, – напомнила я.

– Это пока, – улыбнулся он, и всё же сумел ввести меня в ступор.

Что он имеет в виду?

– Зачем тебе я? Не помню, чтобы как-то переходила тебе дорогу.

– Мне не переходила. Зато желанна многими, но досталась мне. Особенный трофей, не находишь? – он замер совсем близко, я даже ощутила исходящий от него давящий аромат парфюма.

– И всё? Столько возни из-за трофея? Теперь я обычный человек, не высшая, не страж…

– Разве обычный? – хрипло рассмеялся он, протянув руку к моему лицу.

Я сделала шаг назад, но он тут же стремительно приблизился. Его ладонь легла на мою макушку, болезненно сжала волосы, привлекая меня ближе к мужчине. Боль пронзила сознание, я громко вздохнула, невольно привставая на цыпочки.

– Бывшая печатница. В тебе два резерва, способности суккуба. Тело усилено кровью архонта. Редкий сосуд.

Ослабив хватку, он грубо огладил тыльной стороной ладони мою скулу.

– И красивый, – улыбнулся плотоядно и как-то безумно.

Дрожь в теле усиливалась, дыхание сбивалось. Намерения мужчины читались невооружённым взглядом.

– Сосуд? Для вселения? Но ты же печатник… – я замолкла, наконец, начиная понимать. – Ты собираешься объединить сознание с держателем печати?

Это не укладывалось в голове. Без Лилит я ощущала себя несчастной, а он сознательно отказывался от этого уникального чувства общности с кем-то.