Попаданцы обмену и возврату не подлежат

Мир был закрыт, вообще. Нас просто отрезало. Я специально вчера поспрашивал у знающих, – обернувшись, он ухмыльнулся и подмигнул Нате, которая сделала вид, что польщена. Или ей действительно нравился этот хлыщ. – Говорят, что Яга с Кощеем по ту сторону так и остались. А значит, у кого-то из них был с собой ключ.

Логично предположить, что дело было не в ключе.

– А почему мир закрылся? – спросил Гарик.

– Этого я не знаю, – пожал он плечами. – У магов надо спрашивать, да постарше. Может, ещё жив тот, кто застал тот момент.

Известно мне только, что тяжёлые времена были. Двое столпов пропали, начались катаклизмы, магия вырывалась из-под контроля. Многие способностей своих лишились.

– Слышь, Олег, – Наташа поравнялась со мной в шаге. – Если ключ был у Яги и Кощея, может, он сохранился в семье? У вас нет реликвии там важной от деда? Точнее, от прапра.

– Разве что медаль его.

– Военная?

– Олимпийская, – фыркнул я. – По математике. Даже странно, что мы её хранили, но, наверное, больше и нечего было.

Или…

– Или это ключ, – закивала она радостно, только мелькнувшие в голубых глазах искры сразу потухли. – Только мы здесь, а ключ там.

– И нам нужна дверь, – подтвердил я.

– Как выглядят двери, Кристиан? – поинтересовалась она.

– Леший их знает. В книгах дверьми и рисуют, а как на самом деле неизвестно.

– Нам нужен кто-то более… образованный, – подобрал я мягкое определение.

– Тут я согласна.

– Так, может, так и надо, а, Нат?

– В каком смысле? – она озадаченно захлопала длинными ресницами.

– Перестать враждовать. По крайней мере, пока мы здесь. Да и не понимаю, зачем нам вообще воевать. Делить нам нечего.

– Ну…. да, – нахмурилась она. – Как попала в этот мир… – Наташа растерянно потёрла лоб.

– Что? – поторопил я её.

– Ты перестал раздражать, – хмыкнула она. – Наверное, потому что стало ясно, что ты жулик, а я умница.

Я рассмеялся от её формулировки. Действительно странно, раньше она на меня агрилась, как только видела.

В прошлом мы так спокойно не общались.

– Ты в магии тупица, – я легонько подтолкнул её в плечо, она чуть отклонилась и следом налетела на меня всем весом, вынуждая сбиться с шага.

– Так учи. Назвался умным, страдай, – улыбнулась она широко.

– Это значит, мир?

– Не знаю, Кощеев, это как же я буду жить без споров с тобой? – протянула она с сомнением.

– Вряд ли у нас получится без них, – скептически заломил я бровь.